Воскрешенный любовник

Он мог кончить от одного вида ее грудей и сосков, торчащих сквозь тонкую ткань, и мгновенно забыл о намерении не торопиться, когда она отпустила его плечи и ее руки скользнули к ее джинсам.

— Я сам. — Балз отодвинул ее пальцы в сторону. — Позволь мне.

Он быстро расстегнул пуговицу и молнию, а потом, подцепив «Левайсы» пальцами, стащил их с ее длинных ног. На ней были простые синие трусики… в голове мелькнула смешная мысль, что они были в тон дивану. Он не стал их снимать.

У него были другие планы.

Эрика скинула свою обувь, и он снял ее носки вместе с джинсами одним четким движением, за которое бы дал себе золотую медаль. А потом из головы вылетели все мысли. Остались только защитные инстинкты, продолжающие отслеживать обстановку в доме над ними и в самом подвале, в остальном он был полностью сосредоточен на своей женщине.

Казалось, что единственное, что мог сделать для женщины кусок дерьма вроде него — это подарить ей наслаждение.

И в этом он добьется успеха.

Он прошелся губами к ее животу, и когда дошел до границы белья, то высунул язык и провел вдоль ткани. Потом сдвинулся к ее бедру. Трусики держались на резинке с надписью «Кельвин Кляйн», и Балз поднял взгляд, посмотрев ей в лицо. Эрика наблюдала за ним горящими глазами, ее рот был приоткрыт. С каждым глубоким вдохом ее соски приподнимались под футболкой, под мокрой от его слюны тканью.

Гребанный ад. Он буквально горел.

Обнажая клыки, Балз подцепил эластичную ткань и перекусил зубами. Повторил с другой стороны.

Она сжала его коленями, ее бедра напряглись.

Зубами стянув ткань, он откинул ее в сторону и… вот она. Блестящая, набухшая, умоляющая о его внимании.

Он хотел ласкать ее языком, но сам был на грани оргазма… И зовите его сентиментальным, но в первый раз он хотел кончить в нее. А не в ее спортивные штаны.

Поднявшись над Эрикой, он накрыл руками член, выпирающий в паху. Потом спустил пояс штанов. Эрекция выпрыгнула из тесного пространства, буквально выскочила наружу, и когда Эрика увидела его размер, она впилась ногтями в свои бедра.

Она раздвинула ноги еще шире, и это определило все.

Обхватив член, Балз бросился вперед и провел головкой по ее горячей влажной плоти. Эрика вскрикнула и зажмурилась, дернувшись на подушках, ее шея напряглась. Потом она подтянула колени выше.

Балз вошел в нее цельным толчком, и как бы он не хотел видеть Эрику, он зажмурился. И хорошо. У него бы глаза вытекли наружу, если бы он наблюдал, как погружается в нее.

Эрика была тесной, огненной и мокрой.

Тело взяло верх, он одной рукой сжал ее бедро, второй вцепился в подлокотник дивана.