Воскрешенный любовник

Несмотря на то, что Балз лежал лицом вниз в двенадцати квартах[45] собственной крови, кожа, вены и мягкие ткани затянулись сами по себе. Хотя даже в таком виде зрелище был страшное. Линия пореза выделалась красным, и рана была глубокой и чёткой, судя по кровопотере.

— Нужно обеспечить ему кормление, — сказал Мэнни, доставая телефон. — Кровяное давление ни к чёрту, плюс ко всему тахикардия. Уровень кислорода ниже плинтуса. Он стоит от смерти в считанных дюймах, а не футах, и если затянуть, получим повреждения мозга."

"Когда они снова наехали на кочку, Ви во второй раз чуть не потерял равновесие, схватившись за ручку, прикрученную к потолку.

Выровнявшись, он сразу посмотрел на голого Балза. Они срезали его кожаные штаны в поисках других ран, которые бы могли объяснить кровотечение. Не считая ожогов на руках и животе и синяков, указывающих, что он побывал в рукопашной схватке, а также нескольких порезов масштаба пластыря, в остальном боец выглядел нормально.

Эта загадочная рана на шее стала причиной кровопотери.

— Как мы? — спросил Кор с водительского сидения.

— Вызвал Избранную, — ответил Ви.

— Хорошо. Мы заезжаем в гараж.

Опять тряска, капельница покачнулась на штативе, тело Балза, привязанное ремнями к столу, тряхнуло. Ви перевёл взгляд на узкую скамейку, на которую он усадил женщину. Он пристегнул её, и её это очевидно не устраивало, тряска, по всей видимости, вывела её из бессознательного состояния.

Он помнил, как нашёл её на бетонном полу возле Балза, она прижимала ладонь к его горлу. Прямо к красной полоске.

Словно одним своим прикосновением закрыла рану.

А это невозможно.

Людям свойственно многое — хреново управлять автомобилем, вести себя шумно и опасно, потому что их слишком много развелось на Земле и большая их часть — непроходимо тупые… но они не способны спаивать вены и артерии и закрывать раны, будто сделанные скальпелем.

Тогда что, черт побери, там произошло? — гадал Ви, смотря на её правую ладонь.

— Он перерезал себе горло.

Тихие слова звучали хрипло, словно у женщины у самой болело горло, и Ви посмотрел ей в лицо. Она была почти такой же бледной, как Балз, и, несмотря на её одежду, Ви мог сказать, что она тоже покрыта синяками и ушибами: на её брюках были потёртости, на куртке и обуви тоже.

Когда фургон скорой помощи остановился, и когда заглушили двигатель, женщина приподнялась, садясь выше на скамейке; когда она поморщилась и оттянула от себя ремень безопасности, было сложно сказать, какая именно часть тела у неё болела. Возможно, что боль была везде.

— Прости, о чем ты? — переспросил Ви.

Хотя он слышал её прекрасно. Он хотел, чтобы она повторила слова, чтобы убедиться, что она понимает, о чем говорит.