Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью (СИ)
– А если бы я забеременела, ты был бы рад? – пытаюсь спрятать рвущуюся наружу улыбку. Волнительно сообщать мужу новость. – Не сейчас, – звучат грубо слова Леона. Даже не смотрит на меня, продолжая застёгивать запонку на рукаве. – Нам пока рано детей. Подумаем о них лет через десять. – А если это случится раньше? – глухо спрашиваю, расстроившись. Он не хочет наследников. И сейчас поднимает на меня взгляд, с подозрением спрашивая: – Ты беременна? Озноб проходит по спине. Ледяные голубые глаза пробирают до мурашек. – Нет, спрашиваю из интереса. – Я бы настоял на аборте. Мне словно дают хлёсткую пощёчину. – Тогда… – собираюсь с мыслями. – Я беременна. Застывает. Я тоже. Не такой реакции я ждала от мужа. Не такой… – Пошлёшь на аборт? – летит уже надрывно. А он стоит, не шелохнувшись. – Прости.
Даже не спрыгивает по ступенькам вниз, хотя любит это делать. – Ко таки мусь и ена?
Только недавно Влада произносила это, сцепив зубы. Надеялась, что Пуговка не запомнит, но нет. Не повезло.
– Да так, – отмахиваюсь. Не вижу смысла объяснять. Это все равно временно. Потом ещё говорить, почему мы не вместе и развелись… Ну его! Создавать себе больше проблем.
– Идём, – проговаривает Леон. Спина покрывается мурашками, но не от его голоса, а от ладони, которую он опустил на поясницу, поторапливая меня.
Быстро слетаю со ступенек и переключаюсь на малютку, которая любит прыгать по лестнице. Разрешаю, но только под присмотром.
Через полчаса мы стоим у нашего дома.
– Всё, увидимся теперь только на разводе? – шучу.
– Вдруг получится раньше, – усмехается он, спрятав руки в карманы брюк. И тут же меняется в лице и настроении: – Спасибо, Ник. Благодаря тебе…
– Всё-всё, – перебиваю его. Становится не по себе от этой темы. – Проехали. Удачи тебе с Матвеем. Это будет тяжело.
Так себе приободрила. Но у меня не остаётся никакой выдержки. Кажется, мы даже не заканчиваем диалог, как я беру Полю и захожу в подъезд. Веду её домой, отправляю переодеться. А сама остаюсь одна в ванной, умываюсь и пытаюсь прийти в себя.
Новак будет папой.
Я сама ему в этом помогла.
Но почему на душе так горько? Больно? Обидно?
Даже аргумент, что люди не меняются, не работает.
Я отчётливо запомнила те дни, когда была послана на аборт. Это не стереть из сознания, не заменить новыми воспоминаниями.
Это ноша. Или сломанная нога, что ноет к дождю. Даёт о себе знать редко, но метко.
Я должна быть рада, что у него все получится, но я расстроена.
Странное чувство…
– Ма, – звучит в дверях ванной комнаты.
Взгляд устремляется вниз, на моё чадо. Она смотрит огромными глазами с беспокойством. Подходит ко мне, обхватывает за ноги.
– Ма, не гути, – говорит моя зайка, прижавшись ко мне. – Я ядом.
Легонько смеюсь, присаживаясь перед ней. Обнимаю.
И правда, плевать на всё. Чувства в сторону! Мне нет ни до кого дела, кроме моей семьи.
Умыв Пуговку и покормив, укладываю спать. Созваниваюсь с бабушкой, чтобы узнать о предстоящей операции. Её назначили через три дня, когда будут готовы все анализы.
А пока мы с Полей остаёмся вдвоём.
В полной тишине падаю на диван и включаю телефон. Проверяю рабочий чат, зная, что завтра нужно появиться в клинике. Благо, ночных не предвидится.
Заканчиваю читать, но палец дёргается – и я перехожу во вкладку новостей. Никогда не смотрела их, но зачем-то решаю пролистать.
Новинки кинематографа, прогноз погоды и информация про звёзд.
Взгляд цепляется за знакомое имя в заголовке. И я останавливаюсь, о чем тут же жалею:
«Леон снова женат? Боксёр скрывает своё семейное положение».
Открываю статью, а там… мы, выходящие из ЗАГСа.

















