Все не так

Сначала он долго лечился, пытаясь что-нибудь сделать с руками, но с врачами ему не повезло, все стало только хуже, мало того, что подвижность пальцев не восстановилась, так еще они начали постоянно болеть. Он подался в лабухи, их группа играла в ресторанах и кафе, постепенно Славка спивался, и хотя возле него всегда находилась какая-нибудь очередная жена, ни одна не смогла отвадить его от выпивки. Он умер, не дожив до тридцати пяти лет.

Я пришел на его похороны. Мама Славика меня узнала и отвернулась, а отец сказал:

– Уходи, Володя. Славка часто тебя вспоминал, особенно в последние дни, когда понимал, что… это конец. Он знал, что ты захочешь прийти, и просил, чтобы тебя на похоронах не было.

Он так и не простил меня. А я не простил Валентину.

Кстати, спустя буквально пару недель после того случая с моим наказанием я понял, зачем она это сделала. Приближался Новый год, родители готовились сделать нам подарки, и, как обычно, мама потихоньку спрашивала у нас, детей, что бы мы хотели получить. Разговоры о подарках начинались задолго, еще в конце ноября, и Валя заявила, что хочет золотые сережки. Мама объяснила ей, что это очень дорого, потому что, по нашим семейным правилам, новогодние подарки всем детям должны быть равноценными и нельзя подарить одному золотые сережки, а другому книжку за рубль двадцать. А на три дорогих подарка в семейном бюджете нет денег.

Поскольку я оказался строго наказан и подвергнут остракизму (за отказ ехать к бабушке родители не разговаривали со мной полтора месяца), то мне подарок не полагался. Так что вышла чистая экономия, которая пошла на благо моей сестре. Она получила свои сережки.

Какие-то глупые, дурацкие сережки, которые она через год потеряла где-то на пляже. И целая человеческая жизнь. Славкина жизнь. Никогда не прощу.

…Я снова и снова вспоминал эту историю, слушая, как мама поет Валентине дифирамбы за ее неусыпную заботу о брате и его душевном покое. Уж такая она добрая, такая внимательная, и при этом такая несчастная, ведь как неудачно сложилась ее личная жизнь! Встретила человека, полюбила всем сердцем, честно все рассказала мужу и ушла от него, забрав дочь и отказавшись от раздела имущества, кто ж мог знать, что он окажется недостойным такой большой любви и бросит ее! И снова меня стал разбирать хохот. Знала бы она…"

"Но самый большой смех, просто-таки гомерический, напал на меня, когда пришли Михаил, Лариса и Юля. Моя глуповатая племянница считает себя первой красавицей и ведет себя соответственно, хотя выглядит это порой безумно потешно. У всех людей глаз лукавый, и видят они в большинстве случаев не то, что есть на самом деле, а то, что хотят видеть. Это нормально.