Все не так

По возрасту ты годишься Надежде Петровне в сыновья, если бы она родила в двадцать лет, ее ребенок был бы твоим ровесником. Разве ты сможешь заменить детям отца? Разве они будут тебя уважать и слушаться? Каким авторитетом ты будешь у них пользоваться? Ты сам еще ребенок и не имеешь ни малейшего права брать на себя ответственность за чужие жизни.

Ответить мне было нечего. Если бы отец говорил только о том, что Надя намного старше меня и лучше мне найти подходящую хорошую девушку, я бы нашел, что ему сказать. Но он произносил слова, против которых нечего было возразить. Во всяком случае, я в своем тогдашнем состоянии никаких аргументов не нашел. Мы с Надей не говорили о будущем и даже не думали о нем, нам просто было очень хорошо вместе, и ни о каком разводе и последующей женитьбе речь не шла. У нее была крепкая стабильная семья, разрушать которую никто не собирался, но разве я мог сказать об этом вслух? Ведь отец выразился совершенно определенно: секс без намерения создать семью есть не что иное, как блуд, разврат и проституция. И хотя я, конечно, не был с этим согласен, как и большинство людей на этом свете, я не мог допустить, чтобы о моей Наденьке родители высказывались в подобных выражениях. Мало того, что они будут ТАК о ней думать и говорить, они ведь и в самом деле могут сообщить ее мужу или куда-нибудь в партком.

Отец и мама костерили меня еще долго, и из их слов я вынес твердое убеждение, что если я еще хоть раз себе позволю – они немедленно примут меры. Мне было наплевать, что будет со мной, но для Нади эти меры имели бы необратимые катастрофические последствия. Конечно, я был очень молод, но все-таки понимал, что должности моих родителей и их возможности обеспечат всю жестокость и неотвратимость подобных мер."

"Наконец меня оставили в покое, и только тут я задумался: а как вообще это все могло произойти? Я понимал, что все дело в Михаиле, ведь он и только он знал, что я собираюсь привести домой женщину, но не понимал, почему он поставил в известность родителей. Зачем? Как он узнал, что Надя старше меня? Я был уверен, что, если бы речь шла о «подходящей девушке», ничего подобного не произошло бы. Мишка – тупой и коварный гад, он никогда не упускал повода поиздеваться надо мной, он мог бы заявиться домой и ввалиться в комнату, чтобы смутить меня и поставить в неловкое положение, но – один. Без родителей. Без наших идеологически правильных родителей, которые не стали бы терзать и унижать незнакомую девушку, потому что мало ли кого я привел, а вдруг это дочка большого начальника? Таких дочек на моем факультете училось видимо-невидимо. Нет, если они пришли вместе с Мишкой, значит, были уверены, что даму я привел совершенно «неподходящую».