Второй шанс для предателя. Понять? Простить? Начать сначала? (СИ)
Сплюнув кровь, Ян утерся. Превозмогая боль, попытался подняться. Друзья не позволили. Удержали. Тогда он дернулся, словно тигр в цепях. — Стася! — не стон — отчаянный хрип. — Посмотри на меня! Она не могла… Ни дышать. Ни говорить. Ни думать. Силы покинули ее. Покинули также, как и он — главный человек в ее жизни, любимый муж. Глотая слезы, она неотрывно следила за девушкой — полуголой, забившейся в угол дивана и никак не могла принять жуткую действительность. Не могла поверить, что все это… не сон. Что этот кошмар происходит с ней на самом деле. Что сердце, трепыхающееся в груди в предсмертной агонии… растерзано руками мужчины, ради которого еще пару дней назад она готова была… убивать. — Поговори со мной! — вновь прогромыхал Ян. — Выслушай… Стася рассмеялась, мысленно визжа от боли: «Зачем? Какой смысл в твоих проклятых разговорах? Расскажешь мне, как весело проводил с ней время в своих командировках? Как заразу в дом принес, поведаешь? Ты предал меня! О чем тут говорить? Только о разводе!» Когда обрела контроль над голосом, она сипло прокаркала: — Ты помнишь детский дом, Ян? Помнишь, что там делали с предателями? — Стася… — Я помню, — слезы пеленой стояли в глазах, душили. Голос срывался от напряжения. — А вот ты, похоже, подзабыл. Сейчас и тебе… напомнят. Едва ли угрозы испугали Яна. В его взгляде не было и капли страха. Лишь отчаяние и… пустота. Хищно оскалившись, муж прорычал: — Ты моя! Я не потеряю тебя! Не могу… потерять! «Но потерял! Потерял в ту самую секунду, когда допустил мысль об измене! Когда решил залезть под чужую юбку! И этому… нет оправдания, любимый!» Дрожащими заледеневшими пальцами Стася сняла с руки обручальное кольцо и брезгливо швырнула его к ногам… теперь уже бывшего мужа.
— Тише, девочка! — произнесла с тревогой в голосе. — Не изводи себя! Ты слишком переволновалась. Ты морально истощена! Уверена, что хочешь…
— Да!
— Стясь, — задумчиво буркнул Мишка. — Одно дело знать, другое — видеть.
— Лучше горькая правда, Миш, — напряженно отозвалась она, освобождаясь из Анжелкиных рук. — Лучше горькая правда…
Вопросов больше не было. И попыток отговорить ее, тоже. Ваня молча подошел к подъезду, поколдовал с домофоном и дверь распахнулась.
— Раз так, — подытожил друг, жестом приглашая присутствующих войти внутрь. — То не будем терять время.
Собрав в кулак все свое мужество, Стася вошла в подъезд первой.
Вызвала лифт, выбрала нужный этаж и уже спустя считанные секунды их компания стояла у нужной двери, ожидая от Стаси дальнейших действий.
Правда рассредоточились по площадке так, чтобы в глазок никого из них видно не было. Немея от страха и волнения, заледеневшими и жутко дрожащими пальцами Стася нажала на звонок. Сердце так отчаянно и надрывно грохотало в груди, что причиняло реальную боль. Физическую.
Гул в ушах заглушал все посторонние звуки.
Будто в замедленной съемке Стася наблюдала за тем, как эта самая дверь широко распахивается, а на пороге ее встречает… блондинка в сексуальном комплекте нижнего белья. С чулками и подвязками — все, как полагается.
Шикарная девка — глупо отрицать. Красивая. Ухоженная. Лощеная.
Брезгливо и надменно разглядывая Стасю, она триумфально улыбалась.
— Пришла, значит? — пропела томно. — Извини… ты немного не вовремя!
Ощущая себя разъяренной фурией, готовой размазать эту дамочку по стенке в любой момент, Стася тоже холодно улыбнулась и иронично хмыкнула:
— Почему же? Мы как раз-таки вовремя!
Она решительно шагнула внутрь, вынуждая хозяйку квартиры испуганно попятиться назад и настороженно уточнить:
— Мы? Кто это, мы?
Не сговариваясь, все друзья вышли из своего укрытия.
— Вы ко такие? — взвизгнула красотка. — Пошли вон! Убирайтесь!
Ответом ей служила захлопнутая входная дверь. Захлопнутая… изнутри.
Сорвавшись с места, блондинка помчалась внутрь квартиры с диким воплем:
— Ян, там…
Дальнейших ее слов Стася не слышала. Задохнулась от острой боли за грудиной, услышав имя мужа. Любимое. Родное. Сакральное для нее имя.
Не чувствуя земли под ногами, не чувствуя ничего, кроме своего остервенело стучащего сердца, Стася последовала за ней. Очевидно, в гостиную.

















