Заберу тебя, девочка

Я сразу вспоминаю, как я стояла напротив него и расстегивала пуговицы рубашки, а он был без футболки и…

Я прикусываю губу и по усмешке Лекса понимаю: он в курсе, о чем я сейчас думаю.

– Невовремя нас прервали, да, девочка? – тянет он. – Ты мне не все еще показала, самое интересное я так и не увидел. Может, выгнать их всех нахер, а? Останемся тут вдвоем… продолжим.

– Ты же сам сказал, что тут холодно! – поспешно выпаливаю я. – Я вот даже куртку твою не снимаю!

– Намекаешь, что ко мне домой хочешь поехать? – ухмыляется Лекс. – Еще лучше вариант, Ярослава. Я согласен. Щас докурю и поедем.

– Нет! Я не езжу домой к незнакомым мужчинам, – испуганно тараторю я, быстро пытаясь придумать, как выкрутиться, но по насмешливому блеску в глазах Лекса вдруг понимаю, что он меня специально провоцирует.

Скотина.

И едва открываю рот, чтобы сказать ему это, как вдруг у Лекса звонит телефон. Он достает его из кармана, резко мрачнеет, косится на меня, но принимает вызов.

– Да, рыжий. Слушаю.

Глава 8. Экстренный план

Я моментально забываю про все на свете, превращаюсь в слух и ловлю каждое слово их разговора. Но Лекс слушает и молчит. А потом по его губам ползет хищная усмешка, от которой у меня обрывается сердце."

"– Завтра? – насмешливо тянет Лекс. – Ммм, а чего не через неделю, а, рыжий? Думаешь, мало мне времени дал, чтобы с твоей девочкой поразвлекаться? Надо еще ночь прихватить? Одобряю. И знаешь что, завтра можешь уже не приезжать. Меня обмен полностью устраивает.

Каждое слово отдается в висках болезненной пульсацией.

Нет, нет, нет… Это неправда! Пашка не мог меня так бросить! Не мог меня оставить! Я же была уверена, что вечером он приедет. Да я часы считала до освобождения!

У меня перехватывает горло от обиды, от неверия, и я вдруг испытываю такую жгучую потребность услышать это своими собственными ушами, что просто хватаю Лекса за руку – вот так, просто! – и выпаливаю:

– Дай мне с ним поговорить!

Бровь Лекса ползет вверх, и я мгновенно поправляюсь:

– Пожалуйста! Лекс, пожалуйста!

Он секунду смотрит на меня, а потом просто притягивает меня к себе одной рукой, вжимая спиной в свою грудь, и прислоняет свой телефон к моему уху.

– Паша! – кричу я в динамик. – Паша, это я!

Я надеюсь на чудо. На то, что Лекс меня обманул и там в трубке тишина. На то, что Паша начнет шептать мне торопливо, что он уже вызвал наряд полиции и они едут меня освобождать… Что угодно! Я хочу услышать что угодно, кроме этого виноватого вздоха и жалкого, будто пришибленного голоса:

– Ясь, прости меня. Прости, пожалуйста.

– Ты не приедешь? – зачем-то спрашиваю я, хотя сама уже знаю ответ.

– У меня нет денег сейчас, пойми! – с жаром говорит Пашка.