Заберу тебя, девочка

Ясенька, умоляю, пару часов и все! Тебе они ничего не сделают, даже пальцем не тронут, а мне…

И тут у Паши – у Пашки, которого я знаю с детства, с родителями которого мы дружим семьями, который меня поцеловал в кино неделю назад! – на глазах появляются слезы. И губы дрожат так, будто он сейчас расплачется.

И это все решает. Сердце сжимается от острой жалости, я хватаю Пашку за руку и спрашиваю:

– Два часа? Ты обещаешь?

– Обещаю, Яся! Клянусь.

И я ему верю. Это же Пашка.

Но когда я делаю шаг к машине, где стоит этот жуткий широкоплечий Лекс, становится так страшно, что ладони моментально становятся мокрыми. Он скользит по мне холодным оценивающим взглядом, кривит губы в ухмылке и открывает дверь заднего сиденья.

Я сажусь и, пока дверь захлопывается, успеваю услышать:

– Зачетная девочка, рыжий. Высший сорт. Не привезешь деньги, себе ее оставлю.

Что?!

Это шутка или…

Или нет?

От ужаса перехватывает дыхание, я пытаюсь что-то сказать, но из горла выходит только хрип. Парни быстро занимают передние сиденья, дают по газам, и я не успеваю опомниться, как мы уже едем.

Я – еду с ними.

Господи, еще бы знать куда!

Они ведут себя так, будто я пустое место – негромко переговариваются между собой, не обращая на меня внимания, и тот смуглый, кажется, недоволен тем, что я здесь.

– Ну и нахер нам эта девка? Мы ее сейчас по точкам будем с собой таскать, бля?

– А тебя ебет, Грин? – холодно спрашивает тот, который со светлыми равнодушными глазами, и так резко поворачивает, что я валюсь набок и едва не падаю на сиденье.

Его зовут Лекс. Я запомнила.

А второй, значит, Грин.

Я где-то читала, что если тебя похитили, надо как можно больше узнать о похитителях, чтобы потом можно было использовать эту информацию.

Но, стоп, меня же не похитили! Я просто согласилась с ними поехать. Чтобы помочь Пашке. Через два часа он вернет им то, что должен, и я попрощаюсь с этими ребятами раз и навсегда. А потом буду рассказывать об этой истории, как об очень смешном случае.

Ой, представляете, я однажды ездила с бандитами в их машине! Да, да, очень интересно было.

Черт.

Я быстро вытираю влажные ладошки об юбку. Как я себя ни успокаиваю, мне все равно страшно. И сердце колотится где-то в горле.

– А куда мы едем? – неловко спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

На переднем сиденье воцаряется тишина. Кажется, они не ожидали, что я буду с ними разговаривать.

– Не твое дело, девочка, – бросает Лекс. – Закрой свой хорошенький ротик и не отсвечивай.

– Меня зовут Ярослава, – я все еще пытаюсь наладить с ними контакт. – А вас?

Лекс тормозит на светофоре и оборачивается ко мне, а у меня снова озноб по коже от его взгляда.

– Ты дохрена много пиздишь, Ярослава, – грубо говорит он. – Если тебе надо чем-то рот занять, я обеспечу, базара нет.