Запад в огне

Засмотревшись, часовой не услышал, как к нему со спины неслышно подкрался человек в форме старшины Красной армии. Тюкнув его по темечку чем-то тяжелым, он подхватил падающее тело под руки и оттащил в сторону к густым зарослям. Тотчас из темноты вынырнул другой в такой же красноармейской форме и заторопился к зданию.

Дверь в госпиталь была открыта. Скрипнула разок на крыльце свежеструганая дощечка, предупреждая о нежданном визите, а потом вновь установилась тишина. Первым шел мужчина среднего роста, но очень крепкий, с мускулистыми руками. За ним, отставая на несколько шагов, шел молодой, на вид не более двадцати лет, с костистым лицом и тонкой шеей. Неизвестные бесшумно прошли по коридору и легко отыскали палату, в которой находилась пленница.

— Нам сюда… Не отставай, — поторопил крепыш и потянул на себя дверь.

Навстречу им шагнул часовой и с удивлением произнес:

— Вы кто такие?

Здоровяк с силой ткнул его под самую грудную клетку. Тот охнул и перегнулся пополам. Сцепив ладони в замок, крепыш с размаху ударил часового по затылку и, ухватив падающее тело под руки, втащил его в палату к задержанной.

— Теперь не поднимется, — уверенно сказал крепыш, посмотрел на девушку, оторопело на него таращившуюся, и поторопил: — Чего лежишь? Поднимайся! Не ровен час, подойдет кто-нибудь.

— Я не могу, пан, у меня рука пристегнута, — приподняла она руку.

— Вот злыдни! — выругался крепыш. — Дивчину привязать, кто же до такого додумался?

Вытащив из-за голенища нож, он разрезал ремень.

— Ой, спасибо, пан, руки занемели, — растерла девушка запястья.

— Идти сможешь?

— Смогу, — ответила Оксана, — только голова что-то закружилась.

Поддержав ее за локоть, здоровяк помог пленнице сойти с кровати. Тощий боец выглянул за дверь и взволнованно произнес:

— В коридоре никого нема! Можно выходить.

Небольшими шажками, держась за плечо крепыша, Оксана пересекла палату. Вышли в пустынный коридор. Худощавый, шедший впереди, остановился перед входной дверью, осторожно выглянул и осмотрел пустынный двор, убедившись в безопасности, махнул рукой:

— Виходимо[4].

Попридержав дверь, он дал возможность здоровяку с девушкой выйти во двор, после чего аккуратно прикрыл ее. Молодой парочки на скамеечке уже не было. Втроем пересекли больничный двор и вышли на дорогу, где стояла телега с сеном, запряженная крупным тяжеловозом.

— Сидай поудобнее, — сказал «старшина», хватаясь за вожжи, — ехать нужно, пока не хватились. Нам только отъехать, а далее нас не отыщут. Но, пошла!

— Ви от Остапа? — взволнованно спросила девушка.

— От него.

— Я знала, что он меня выручит с полону.

— Ты бы лучше сена пидклала, — предложил худощавый, — нам еще долго ехать.

Девушка послушно опустилась на сено и закрыла глаза.