Запрет на любовь

Будем тогда игнорировать друг друга, — отмахиваюсь.

— Это вряд ли. Я тебя доконаю.

— Ты невыносимый, в курсе?

— В курсе. Что там за причина помимо этого твоего Тигра московского?

— Он Леван!

— Неважно!

Гр-р-р-р!

— Ты мне не нравишься, — выпаливаю, закипая. — В смысле, не мой типаж и всё такое.

В глаза ему посмотреть не могу.

Таращусь на море.

— Ты лжёшь, Джугели, — отражает уверенно, чем выбешивает меня ещё больше."

"— Нет, не лгу. Если уж совсем откровенно, — поворачиваюсь, обращая на него раздражённый взгляд. — Любой русский парень — это для меня твёрдое и непоколебимое нет.

— Не совсем, — его очередь хмурится. — По-моему, традиции давно изжили своё, разве нет?

— А не в традициях дело, — встаю, заприметив одноклассников, толпой идущих по набережной. — Это мои принципы, Марсель. Я никогда не предам своего отца. Тебе ясно?

*********

Толпой мы идём… В ретро кинотеатр «Дом кино», расположенный в двухстах метрах от набережной. Там нон-стопом идёт показ советских фильмов. Ребята решают приобрести так называемый «единый билет», а это означает, что находиться в кинотеатре мы можем весь день.

«Приключения Шурика», «Москва слезам не верит», «Весна на заречной улице». Попадаем на эти кинокартины.

— Мы были тут много раз. Матильда приучила. Она постоянно нас сюда приводила, — с грустью в голосе рассказывает Полина.

— Ясно.

— Очень жаль, что её уволили. Это так несправедливо…

— Ёу, народ, кого бомбят предки?

Перед посещением кинотеатра мы сговорились не отвечать на телефонные звонки родителей и учителей.

— Мне батя звонил трижды, — отзывается Свободный.

— Мне мать четыре, — пожёвывая жвачку, изрекает Зайцева.

— Дед, — кивает Горький. — Тоже четыре раза набирал.

— Тут у Ромасенко ваще рекорд. Николаевна ему позвонила уже двенадцать раз.

— У-у-у-у…

— Подгорает конкретно.

— Интересно, нас уже показали по телеку?

— Да сто пудово.

— Надеюсь, что мы попали и в утренние, и в дневные новости.

В зале кроме нас никого нет, поэтому и общаться никто не мешает.

— Надо, чтобы этот скандал набрал обороты.

— А он и набирает. Просмотров и комментов уже целая куча.

— Класс.

— А план-то какой? Завтра опять митинг у школы устроим?

— Думаю, уже не позволят.

— Значит, прогуливать будем?

— Лично я бы за, но батя тут грозится отстранить меня от треней по футболу, — хмуро пялится в экран смартфона Петров.

— Отстой.

— Мне бабушка тоже много неприятного написала.

Сразу и не замечаю, что Филатова в слезах.

— Что там?

Судя по её взгляду, ничего хорошо.

Она шмыгает носом и протягивает мне свой допотопный телефон.

Бабуля: «Апполинария! Какое бесстыдство! Что вы там в школе устроили? Я видела тебя по телевизору.