Зацепить 13-го
Ее жизнь — борьба. Борьба за каждую спокойную минуту без насмешек и издевательств.Его жизнь — борьба. Борьба с соперниками на поле и с болью, о которой никто не должен знать.На первый взгляд, Шаннон и Джонни настолько разные, насколько вообще можно себе представить. Жертва школьного буллинга и домашнего насилия, Шаннон никогда не чувствует себя в безопасности и хочет только одного — стать невидимкой. Перспективный спортсмен и любимый сын обеспеченных родителей, Джонни пользуется в школе особыми привилегиями и привык ко всеобщему вниманию и восхищению.Их дороги никогда бы не пересеклись, если бы не несчастный случай. А может, наоборот — счастливый?..Впервые на русском!
— Иначе мама снова придет и будет нудеть про пневмонию и прочие ужасы.
Он что, серьезно?
Неужели мне снова придется принимать душ у него дома?
— Я серьезно, — пробормотал Джонни, прочитав мои мысли. — Извини, но иначе она не отстанет.
Я покраснела, сцепила пальцы и неуверенно пожала плечами.
— Идем, — сказал он, окинув меня взглядом.
— Куда?
— Туда, — ответил Джонни, указав на дверь ванной.
Как новорожденный жеребенок, я поплелась за ним на нетвердых ногах.
Остановившись в проеме его роскошной ванной, я смотрела, как он нагнулся и открыл душ.
— Ты говорила, что в прошлый раз были сложности, — пояснил он.
— Я такое говорила?
— Да. — Джонни смущенно переминался с ноги на ногу. — Ты во сне бормотала, что в моем душе слишком горячая вода.
Я густо покраснела.
— Боже, прости, — пробормотала я, начиная беспокоиться."
"— Да ладно, — улыбнулся он. — Это было мило.
— Мило? — пропищала я, буквально задыхаясь.
— Да. Я принесу тебе одежду. — Щеки Джонни тоже порозовели. Он обошел меня, чтобы вернуться в комнату. — Как в прошлый раз.
— А куда мне положить свою?
— Когда разденешься, просто выброси через дверь, — угрюмо пояснил он.
Он закрыл дверь. Я осталась в его ванной.
Дрожа всем телом, я села на опущенную крышку унитаза и судорожно выдохнула.
Боже мой.
45. Я — девственник
ДжонниЯ был в полной жопе.
И в кои-то веки дело не касалось приводящей мышцы, а заключалось в голой девчонке в моей ванной.
— Что это, на хрен, было? — прошипел я, найдя мать в кухне.
— Привет, милый, — ответила она, продолжая крошить морковку и явно не замечая моего негодования.
— Привет? — раздраженно переспросил я.
Мама положила нож на разделочную доску и повернулась ко мне:
— Джонни, девочка такая хрупкая. — Мама закусила губу и встревоженно наморщила лоб. — В ней что-то такое, отчего ее хочется обнять покрепче, прижать к себе и прогнать печаль из ее глаз.
Да, знакомое чувство.
Слишком хорошо знакомое, чтоб его!
— И потому ты привезла ее к нам насильно? — сердито спросил я. — Поясни, почему это хорошая мысль.
— Боже мой, — сдавленно произнесла мама, — я же ее не расстроила?
— Нет, с ней все нормально, — парировал я.
Я был так далек от «нормального», что слово даже не мелькало на моем внутреннем радаре.
— Малыш, а что не так?
— Что не так? — Я чуть не плевался. — Мама, ты же надула меня! О чем ты думала, когда везла ее сюда?
— Вам же было весело, — с улыбкой напомнила мама. — Она обыграла тебя в «Плейстейшн»?
Так оно и было.
Шаннон надирала мне задницу в «ГТА» и ломала другие части моего тела.
Я понятия не имел, как эта малявка меня обставила, но что случилось, то случилось.

















