Завтра нас не станет (СИ)

Если бы было образование, может, и на повышение бы пошла, а так…

Где она может быть?

Сердцу неспокойно!

Пошла гулять, в расстроенных чувствах, могла и на неприятности нарваться.

Надо бы позвонить ей, но внутри — горький ком обиды. Пальцы немеют, не слушаются.

Предательство мужчины пережить не так тяжело, как предательство своего ребенка.

Мое продолжение, моя плоть и кровь… Как же так вышло, я учила ее быть хорошим человеком, но вырастила… маленькую стерву-чудовище?!

Моя вина, наверное? Прокол в воспитании? Отсутствии мужской руки в семье?!

Мечусь по квартире, не решаясь: позвонить или не звонить.

И, если позвонить, то кому?!

Мне кажется, они вдвоем…

Мои мятежные и мрачные мысли разбивает трель звонка телефон.

Звонит Яна, жена Андрея, друга Саши…

Компания у нас довольно дружная, часто на отдых семьями ездим, в лес, на речку… Но с Яной отношения ближе, чем со всеми.

— Вика… — шепчет она. — Ты сидишь?

— Ян, ты почему шепчешься? Еще и так поздно звонишь. Что стряслось.

— Вика, ты сидишь? Ты… Ты точно сидишь?! — уточняет она с истеричными нотками в голосе.

— Постой. Вот, я села. Что стряслось, говори.

— К нам в гости твой зарулил. Сашка… Сидел с моим Андрюхой, ужинали, выпивали. Потом дочь нагрянула… — пауза. — Вик, клянусь, я думала, она просто за отчимом пришла или что-то такое, а она…

Снова пауза.

— Вик, клянусь, я не наговариваю. Я тебе правду сейчас скажу. То, что своими глазами видела.

— Говори уже…

— В общем, мужики пошли на балкон, курить. Андрей вышел, Сашка остался. Потом, значит, смотрю… Миланка твоя к нему прошмыгнула. Думаю, стоят и стоят, болтают. Ничего такого, а потом… Вика, я своими глазами видела, богом клянусь. Они целоваться начали. Не в щечку. В засос. Я от шока чуть умерла! И я… Я бы на телефон тебе сняла, но телефон в другой комнате лежал… Вик, они вместе ушли. Вот только что… Но я тебе клянусь, Миланка своего отчима сосала рот в рот!

— Ян, — вздыхаю. — Знаю.

— Что?

— Знаю, — говорю глухо и начинаю рыдать. — Вот сегодня узнала. Миланка говорит, ты нам мешаешь, мама. И приплод у них уже есть.

— Жесть! Вот это ужас! — выдыхает Яна. — Я больше их на порог не пущу. Сашку этого… Блядуна…

— Какого черта ты моего друга в дом не пустишь? — интересуется муж Яны, Андрей.

— Такого. Что твой Сашка, козел и гуляка, в трусы к падчерице залез!

— Она совершеннолетняя?

— Да! Но…

— Вот и все. Люди взрослые… Сами разберутся. Поменьше сплетничай! — отрубил.

— Вика, ты его не слушай, — продолжает Яна. — Знай, я это осуждаю. Я на твоей стороне! А что ты будешь дальше делать?

— Завтра на развод подам. Надо с жильем что-то решить… Они уезжать не намерены, а я… не знаю… Хватит ли мне сил жить в состоянии войны и ненависти.

— Но квартиру делить будете?

— Однозначно, я же в нее вкладывалась, собирала.