Жених цесаревны

 — Князь Курлятев! Скажи своим людям бросить оружие и упасть лицом в землю! А сам изволь предстать перед нами! В случае неповиновения будут уничтожены все, кто не сдастся на нашу милость!

Надо было видеть князя и его людей. И так было понятно, что у них крупные неприятности, когда к их жилищу подъехала военная техника. А тут именем Императора им обещали смерть в том случае если они откажутся делать то, что им говорят.

— Мы верные слуги Императора! — Крикнул князь. — Ваши действия непозволительны! Вы нарушаете все писаные законы и правила, которые…

— Одиночным по зданию — огонь, — скомандовал я в рацию даже не дослушав Курлятева.

Один из БТР-ов тут же открыл огонь из главной пушки. Стреляли бойцы по второму этажу, причём по самому центру. Взрыв, грохот, куски здания тут же упали на землю придавив собой парочку человек. Теперь в поместье зияла огромная дыра, из которой шёл дым — кажется что-то там успешно загорелось. Если кто-то был в той комнате, по которой выстрелили, то земля им пухом.

А на фоне тем временем прямо над поместьем начали сгущаться чёрные тучи и начал греметь гром. Константин явно держался из последних сил.

Можно было бы дать ему оторваться по полной программе. Но, во-первых, он мог ненароком прибить князя, который нужен нам живым. Во-вторых, хотелось бы получить весомые доказательства вины Курлятевых, прежде чем вырезать их поголовно.

Впрочем, небольшой демонстрации нашей решимости хватило, чтобы бойцы побросали оружие и начали падать лицом вниз. Маги последовали их примеру и даже князь поднял руки сдаваясь на нашу милость.

В следующие несколько минут мои бойцы не только взяли в оборот абсолютно всех, кто был в данный момент в поместье, но и начали обыск жилища Курлятевых.

Я с Геной, Витей, Константином, князем Долгоруким и отцом Романовым устроились в кабинете Курлятева. Его с собой тоже прихватили. Пока два моих арахаровца проводили крайне грубый обыск, я беседовал с князем.

— Что же вы, княже, решили строить козни против царствующего рода? Сначала помогли устроить покушение на мою невесту, Марину Романову. Потом и меня чуть на тот свет не отправили. Это попахивает государственной изменой.

— Это всё клевета! — Верещал Курлятев. — Я верный слуга Империи!

Я же тут же врезал князю по лицу сломав ему нос.

А затем схватил его за голову и повернул его к Константину."

"— Его видишь? Это тесть мой, отец Марины. Он уже очень долгое время сдерживается. Будешь молчать и тогда он пойдёт «пообщаться» с твоими родными. Будет чудом если кто-нибудь из них переживёт эту беседу.

— Я невиновен! — Упорствовал наш пленник.

Вот же упёртая морда. Я уже подумывал переходить к более серьёзным методам допроса, в том числе отправить Романова к семье князя, но обыск дал свой результат.