Жестокий мир мужчин

 – Ты ждала пять лет. Что такое несколько дней в сравнении с этим сроком? Когда я буду готов к разговору, я приеду. Идет?

Мы смотрели в глаза друг другу. Наверное, это длилось довольно долго. Кирилл поежился и вроде бы стал меньше ростом, Сашка с хрипом перевел дыхание и сказал:

– Илья, может…

– Заткнись! – повысил тот голос, а я дернулась в сторону, налетела на брата, он хотел подхватить меня, я его толкнула и бросилась вон из кабинета.

Видно, Сашка пытался догнать меня, потому что Илья крикнул:

– Вернись! – а Сашка торопливо попросил меня:

– Я скоро приеду, отправляйся домой…

Дверь предусмотрительно распахнули, и я оказалась на улице.

Подскочила к своей машине, нервно зашарила в сумке в поисках ключей, потом грохнула кулаком по капоту один раз, другой, взвизгнула от боли, задев что-то острое и поранив ладонь. Кровь стекала по руке, а я не знала, что делать, стояла и пялила глаза и только через минуту сообразила замотать ладонь носовым платком.

Платье, дверь машины и сумка к этому моменту были в пятнах крови.

– Полное дерьмо, – хмыкнула я, села, завела мотор и поехала в сторону своего дома. – Вот тебе и встреча! – возвестила я громко и даже хохотнула. – Это не мечты, мать твою, это суровая действительность… Господи, что происходит? Почему он так себя ведет? Что такого я должна была совершить, чтобы Илья вел себя подобным образом? Чтобы так смотрел на меня? Невероятно, но он меня ненавидит. За что, господи? За что он может так меня ненавидеть? Что, черт возьми, произошло тогда? Вот именно, что? Кто-нибудь знает ответ на этот вопрос? Илья знает… Илья…

Забыв запереть машину, я поднялась к себе и бросилась в ванную, сунула руку под холодную воду, повторяя непрерывно:

– Черт, черт, черт! – и совершенно не понимая, к чему это относится. Кое-как перевязала руку и устроилась на краю ванны. – Хорошо бы успокоиться, – посоветовала я самой себе. – Успокоиться и решить. Что? Откуда мне знать? Например: как жить дальше, как заставить Илью поговорить со мной? Заставить Илью? – Я фыркнула и покачала головой. – Ну, ладно. Просто, как жить до того момента, когда он наконец решит мне все объяснить? И почему к нашему разговору ему надо готовиться? Как, интересно? Набраться мужества, чтобы сказать мне… Что? Вот именно… Опять все то же «что?». Вот сейчас приедет любимый старший брат и все объяснит… Как бы не так! Любимый старший брат начнет утешать меня и посоветует терпеливо ждать. Вот уж что совершенно не хочется видеть в настоящий момент, так это его родное заботливое лицо.

– К черту всех, – кивнула я, переоделась и направилась в ближайший магазин, купила коньяк, сразу две бутылки и, трепетно прижимая их к груди, вернулась в квартиру.