Жестокий мир мужчин

 – Она поднялась, прошла в комнату и вернулась с фотографией в черной рамке. Молодой мужчина с длинными светлыми волосами и открытым лицом весело улыбался мне.

– Симпатичный, – сказала я.

– Да… у нас соседка, его ровесница, еще со школы его любила, такая хорошая девушка. Я все надеялась, а вот как вышло…

– Сколько ему было лет?

– Двадцать семь. – Женщина вытерла глаза, а я смотрела на фотографию со странным чувством, лицо казалось мне смутно знакомым. Заметив, что фотография меня заинтересовала, Татьяна Петровна робко проронила: – У меня еще фотографии есть. Из армии две карточки и детские, много…

– Можно посмотреть? – попросила я.

– Конечно. Пойдемте в комнату, там удобнее будет.

Мы прошли в комнату с двумя окнами: железная кровать в углу, шифоньер, старый сервант, у окна стол с двумя стульями, кресло, на подоконниках горшки с геранью. Японский телевизор на тумбочке выглядел на общем фоне немного странно.

– Димин подарок, – пояснила женщина, кивнув на телевизор. – Я ведь редко выхожу, до магазина и обратно, одна радость – телевизор посмотреть.

Она извлекла из серванта толстый альбом, и мы устроились на диване.

– Это свадебная фотография, – сказала Татьяна Петровна, открыв альбом. – Вот такой я была…

– Красивая, – заметила я.

– Молодые все красивые, а годы да болезнь никого не красят… Это муж мой, Димин отец.

Мужчине на фотографии было лет тридцать, почти лысый, светлый венчик волос над ушами, тонкие губы, отрешенный взгляд. Впечатление неприятное, и вновь мне показалось, что лицо смутно знакомо. «Это уж вовсе глупость, – одернула я себя. – С отцом Димы, который тридцать лет назад уехал на Север, я встречаться точно не могла. И все же…»

– А это Дима, – перевернув страницу, пояснила женщина. – Ему здесь полгодика.

Фотографий было много: детский сад, школа, пионерский лагерь. Все как обычно, однако чем больше я вглядывалась в детское лицо, тем больше убеждалась в том, что где-то уже видела этого парня.

– А эту из армии прислал, – тот же озорной взгляд, лихо сдвинутая фуражка, я перевернула страницу и едва не вскрикнула от неожиданности. Точно такая же фотография хранилась у меня дома: пятеро ребят в обнимку, в центре Сашка, слева Дима, а справа высокий черноволосый парень, по-моему, его звали Сережа, он жил в Питере и дважды приезжал к нам, еще когда была жива мама.

– А где Дима служил? – спросила я.

– В Усть-Каменогорске. Далеко очень. Я к нему так ни разу и не съездила.

Сомнений больше не было: конечно, один из погибших охранников – Сашкин армейский друг. Странно, что я об этом раньше не вспомнила, Димка Егоров и Сережка Аксенов, Сашка часто их вспоминал…"

"Я сидела в замешательстве, силясь осмыслить новость.