Жребий Салема

И, надо признаться, основания сказаться больным налицо.

Он направился в гостиную и начал звонить, каждый раз долго дожидаясь, пока телефон не разбудит абонентов. Судя по всему, жена Коуди перенаправила его в приемный покой Камберлендской больницы, потому что он набрал другой номер, позвал Коуди и после короткого ожидания изложил все, что собирался.

Положив трубку, он крикнул в сторону кухни:

– Джимми приедет через час.

– Отлично! – отозвался Бен. – Я схожу наверх.

– Ничего там не трогайте.

– Не буду.

Поднимаясь на второй этаж, Бен слышал, как Мэтт разговаривал с Паркинсом Гиллеспи и отвечал на вопросы.

Он двинулся дальше, и слов уже было не разобрать.

У двери в гостевую комнату Бен снова почувствовал знакомый животный страх. Ему вдруг ясно представилось, как он толкнет дверь и шагнет вперед. Комната будет казаться больше, потому что смотреть на нее будут глаза ребенка. Тело по-прежнему будет лежать в том же положении, в котором они его оставили: левая рука бессильно свесилась вниз, голова повернута на подушке, а на наволочке видны складки от хранения в шкафу. И вдруг глаза открываются, и в них светится животное торжество.

Хлопает дверь. Левая рука поднимается, пальцы вытягиваются вперед, как когти, а губы растягиваются в хищной улыбке, обнажая внезапно выросшие длинные и острые клыки…

Бен шагнул вперед и толкнул дверь онемевшими пальцами. Нижние петли жалобно скрипнули. Тело лежало так, как они его и оставили: левая рука свесилась вниз, щека прижата к подушке…

– Паркинс уже в пути, – сказал Мэтт, поднявшийся на второй этаж, и Бен едва удержался от крика.

5Бен поразился, насколько точно он выразился, сказав: «Пусть машина заработает».

Развернувшаяся деятельность действительно напоминала машину вроде тех хитроумных немецких устройств из разных узлов и механизмов, которые заставляли фигурки на часах выезжать и крутиться.

Паркинс Гиллеспи в зеленом галстуке с фирменной заколкой организации «Ветераны зарубежных войн» прибыл первым. Было видно, что звонок поднял его с постели и он еще не до конца проснулся. Констебль сообщил, что уведомил о случившемся окружного судмедэксперта.

– Сукин сын, конечно, сам не приедет, – пробурчал он, засовывая сигарету в рот, – но пришлет своего заместителя и кого-нибудь сделать снимки.

Вы трогали тело?

– Рука соскользнула вниз, – ответил Бен. – Я пытался вернуть ее на место, но ничего не вышло.

Паркинс смерил его взглядом и промолчал. Бен вспомнил, с каким жутким стуком костяшки ударились о деревянный пол, и, сглотнув слюну, с трудом сдержал тошноту.

Мэтт показал, где лежит тело, и Паркинс несколько раз обошел вокруг кровати, разглядывая его со всех сторон.

– А вы уверены, что он мертв? – наконец спросил он.