Злодей не моего романа

Я цеплялась за его одежду и размазывала слезы по лицу, не открывая глаз. И чхать на косметику. Больно она мне сдалась.

Бес бежал долго. Видно, не ошиблась я, когда решила, что забрался урод Тимур далеко. Наконец остановился, опустил меня на что-то мягкое, открыла глаза, узнала собственный диван, вздохнула, повернулась на бок, съежилась, обняла колени. Рик ласково, успокаивающе гладил меня по волосам. В черном бездонном взгляде плескались боль, отчаяние и вина. Не хотелось ни о чем думать. Бес принялся осторожно раздевать. Я не сопротивлялась. Отнес в ванную, включил воду. Я сидела все так же, обняв колени. Волны апатии и усталости накатывали одна за другой. Осторожно намылил, провел пальцами по шее, груди. Скрипнули зубы, белая голова опустилась, скрывая от меня выражение лица. И вот тут я, дура такая, наконец-то сообразила. Оживилась, поменяла позу, оперлась руками о дно ванны, заглянула в черные глаза и тихо шепнула:

– Хороший мой, пытался, но не сделал.

Он испуганно взглянул на меня, совсем не хотел, чтобы я угадала его мысли. Боялся причинить боль. И, будучи совершенно уверенным в том, что мной обладал другой, несмотря на все свои собственнические инстинкты, не собирался отказываться от меня, был нежным, ласковым.

Я извернулась, как была, мыльная, обняла его, поцеловала в висок.

– Рик, я ведь сказала, что твоя, и только твоя.

Он протяжно выдохнул сквозь стиснутые зубы и вновь сошел с ума. Мне еще понадобится время, чтобы разобраться, почему он так себя ведет. Очередные странные, непонятные животные инстинкты, подумаю о них потом. Пока же я просто не шевелилась, стараясь не мешать. Бес вытянул меня из ванной, обнял, закрыв глаза, терся лицом, водил носом, вдыхал запах, снова шептал что-то неразборчивое, гладил, ласкал. Кожу стало покалывать от его прикосновений. По опыту знала, что скоро успокоится. Терпеливо ждала. Тянулись минуты. Наконец он просто притянул к себе, сжав в объятиях, и замер.

Я поежилась, поерзала, пытаясь согреться от его тела, спина мерзла. Рик очнулся, осторожно поставил под душ, смыл остатки пены (я лично думала, что он так ее стер), зачем-то вымыл волосы, вытер, перенес на кровать, укутал в одеяло, нашел на полке фен с расческой, положил мою голову на колени и принялся распутывать пряди, сушить их. Под мерное жужжание моторчика, тихо наслаждаясь ласковыми прикосновениями Беса, теплом одеяла и нагретого воздуха, я благополучно уснула, забыв обо всем и вся.

Проснулась я от мягкого покачивания. Приоткрыла глаза, узнала потолок машины, села, укуталась в одеяло, переползла на переднее сиденье, поджала ноги под себя. Оглядела ночную трассу в свете дальних фар, переключилась на водителя. Серо-желтые глаза нежно ответили на мой взгляд. Я сонно улыбнулась, зевнула. Хороший мой, я не стану спрашивать.