Злодей не моего романа

Я подумала, ночевать-то мне негде, ну и пошла с ним. Он-то вроде у Пыжиковой джентльмен. Леди съесть не должен. Пришли в квартиру, а там вы через окошко явились… Как-то так.

Панк сел.

– Кто такая Пыжикова?

– Автор романа, – откликнулась с готовностью. Ну чисто пионер на выводе.

– Что за женщина с собачкой?

– Не знаю. Странная такая, розовая вся и шляпа убойная, с клумбой. Слушай, чего-то ты на мировое зло не тянешь. Ты же Эрик, правильно?

Мужчина кивнул.

– Мировое зло? – Он слегка улыбнулся, и улыбка эта была отнюдь не доброй. – Если я пока тебя не убил, это еще ни о чем не говорит. Мне интересно.

– Намек поняла. Шут – отныне мне имя второе.

Он пропустил реплику мимо ушей.

– Где книга?

– Не знаю, как только я здесь оказалась, она пропала из сумочки.

Тоже попыталась сесть и только тут сообразила, что лежу в одном белье под покрывалом. Пискнула и натянула его до подбородка.

– Кто меня раздел?

– Я.

– Зачем?

Он кивнул в сторону мятой грязной кучки на полу у входа, из-под которой выглядывал испорченный сапог.

– У меня постель чистая.

А я, можно подумать, была не чистая до твоего явления. Эх, помирать, так с музыкой!

– А одежды у тебя не найдется лишней? И душа, и полотенца, и еще неплохо было бы кофе…

Он недобро прищурился, тем не менее ответил:

– Душ там. – Рука указала на белую дверь. – Полотенце и одежду дам.

– А кофе?

Эрик зарычал.

– Ладненько, – примирительно забубнила я. – Поняла. Не глупая."

"Завернулась в покрывало и, гордо вздернув нос, прошлепала в указанном направлении. Зашла в душ и присвистнула. Вот уж заметно, что глава клана. Ванна как моя кровать, душевая кабинка отдельно, еще и кушетка зачем-то. Что он на ней делает? На стене висело здоровое зеркало, а из него на меня таращилось красноокое взлохмаченное чудище с потекшей тушью. Экстрим и интерес такую поцеловать. Извращенец. Я кинула покрывало, за ним белье и залезла под горячие струи воды. Стоять долго не стала. Мало ли чего? Быстро помылась и выглянула наружу, на кушетке уже ожидало полотенце и маленькая стопка одежды. Я вздохнула. Вот интересный мужик.

Вытерлась и стала оглядывать подарки. Белая майка, черные спортивные широченные брюки и никакой обуви. Я утонула во всем предложенном, предварительно вернувшись в свое белье. Вырезы рукавов частично открывали грудь на всеобщее обозрение. Эх, было б чего еще обозревать – мой второй у мужиков в небольшом почете. Аксиома.

Покопалась в хозяйских ящиках, нашла расческу (думала, у него их нет), подошла к зеркалу, распутала волосы и принялась задумчиво рассматривать открывшийся вид приличных синяков на шее. Ходить вот так однозначно нельзя, словно жертва домашнего насилия.

Выскользнула в комнату. Панка тут не оказалось, со спокойной душой приступила к скоростному поиску сумочки. Не нашла.