Злодейка в Пресветлой академии

К нему прилагалось такое наследство древнего рода, что тут любая бесприданница рискнула бы сварить приворот. Во-вторых, Изабелла – его мачеха. В-третьих, мачеха у парня фрейлина местной королевы, а потому дама влиятельная с от-такенными амбициями. Ну и, в-четвертых, милашка София у Изабеллы что-то между воспитанницей и протеже. Короче, шансов отвертеться у парня, как мне казалось, никаких, но он упрямо боролся за свободу личного выбора.

И я бы, наверное, даже посочувствовала всем участникам этого расчудесного любовного романа, если бы не оказалась втянута в происходящее безобразие. А все потому, что Крейгу отчего-то подумалось, что он может извлечь какую-то выгоду из происходящего!

Когда, наконец, мы вышли из кабинета декана, безнадежно пропустив завтрак вместе с половиной первой пары, Крейг коснулся моего плеча."

"– Шаттер, слушай… – неуверенно начал он, но слушать его – это последнее, чего мне хотелось в данный момент, да и вообще в любой момент.

Я развернулась к парню и четко и максимально агрессивно, насколько это возможно при нашей разнице в росте, прошипела:

– Нет, это ты меня послушай, герой-любовничек. Я тебе такую веселую жизнь устрою – мало не покажется. Каждый день будешь жалеть о том, что втянул меня в свои интриги для начинающих аристократов.

– Шаттер… – нахмурился парень, попытавшись схватить меня за рукав, но я от всей своей ведьмовской души пнула его по ноге под коленкой, как учили мальчишки в детском доме и, развернувшись, зашагала в общежитие.

Бойтесь, светлые маги. Ведьма вышла на тропу войны!

20

Полдня я кипела, вынашивая планы зверской мести. В голову, как назло, не приходило ничего стоящего. Хотелось чего-то грандиозного, с помпой и фанфарами. А из доступного арсенала были только назойливые мелочи, недостойные звания темного мага. То есть в теории я могла саботировать тренировки, но в недалекой перспективе от этого могла зависеть моя жизнь, хотя я не оставляла надежды отыскать лазейку в военной повинности.

Собственное бессилие злило. Я в который раз клятвенно пообещала себе являться в страшных кошмарах ректору Темнейшей за то, что сослал меня сюда, но фантазия моя на этом исчерпывалась.

Короче, к обеду я была настолько не в духе, что не сразу сообразила, что идет не так.

Всегда шумная столовая встретила меня мрачным молчанием. Я накидала на поднос все, на что упал глаз, и так же погруженная в мысли плюхнулась за первый попавшийся стол.

Сидящие за этим же длинным столом студенты внезапно проявили поразительное единодушие. Они все синхронно встали и пересели. Звук отодвигаемых стульев вывел меня из задумчивости, и я огляделась.

О, сколько красноречивых взглядов скрестились на моей персоне. И, естественно, эту минуту славы не могла не использовать одна амбициозная красотка.