Золушка для снежного лорда

Волшебный зверек умел вертеть остроухой головой, моргать, бить длинным хвостом по полу и переминать лапками, а еще он то садился, то ложился, то снова вставал, выгибая мохнатую спинку, а потом вновь повторял заложенные в иллюзию действия одно за другим. Сделав вид, что гладит пушистика, Дигрэ поднес его к воротам, постоял, дожидаясь, пока девочка обратит внимание на незнакомого мага с котенком в руках, после чего приветливо махнул ей рукой и демонстративно положил свое творение на дорожку возле ворот. Поманив птицу, послушно вернувшуюся на его плечо, мужчина начал потихоньку отходить.

Ариго же, получив мысленный приказ, следил за «котом» и, когда маленькая леди выскользнула за ворота, чтобы подобрать подарок, сообщил об этом Кайлу. Лорд обернулся медленно, чтобы не спугнуть ребенка, и мягким голосом произнес:

— Его зовут Снежок. Правда, милый?

Однако девочка, завороженно смотревшая на синеглазое чудо, невозмутимо точившее коготки о каменное покрытие, словно не услышала его слов."

"— Эй, мелкая? — снова позвал маг, пытаясь привлечь ее внимание, — реакции не последовало.

 — Маленькая леди, вы меня игнорируете? — чуть нахмурившись, поинтересовался он и, подойдя ближе, щелкнул пальцами возле ее лица. Ветер качнул полы мужского плаща, и, словно увидев что-то страшное, девочка отшатнулась, вскинула голову и уставилась на незнакомца. Настороженно, испуганно и как-то… затравленно, что ли. — Спокойно, маленькая, — выставив вперед раскрытые ладони, будто желая показать, что руки его пусты и плохого он не замышляет, проговорил Кайлин.  — Я ничего тебе не сделаю. Просто хотел спросить, тут ли живет леди Андервуд…

— Тут! И дальше что? — раздалось со двора. Громкий голос, высокий, нервный. Женщина, едва ли не бегом приближавшаяся к ним, выглядела взволнованной и решительно настроенной, а еще она очень напоминала Клотильду, которой добавили лишних лет двадцать. Уже немолода, но по-прежнему красива. — Если тебе, ведьмак, нужна леди Андервуд, мог бы спросить у садовника, а не заманивать глухонемого ребенка всякой блохастой живностью! — выпалила хозяйка поместья, добравшись, наконец, до ворот.

— Глухонемая, — эхом повторил Дигрэ, переведя взгляд с матери на дочь, которая по-прежнему с опаской смотрела на него. Вот же болван! Надо было расспросить о болезни малышки еще в трактире, где он оставил лошадей, глядишь, не чувствовал бы себя таким дураком.

— Ходят тут всякие, морочат голову маленьким детям, а потом их хладные тела находят замученными в лесу! — донеслось до слуха лорда то, от чего он малость опешил.