Только не плачь

* * *— Ты слышишь меня, Артур? — повторила она, когда молчание стало затягиваться, — Я. Хочу. Уйти. С Ванькой. И больше никогда тебя не видеть, не слышать, не вспоминать.

Мне едва удавалось дышать. Больно. За нее. За Ваньку. За нас.

— Слышишь? Мы уходим!

Жесткий, убивающий холодом взгляд, дрожащий от гнева голос. Сейчас в ней ничего не осталось от той нежной девочки-ромашки, которой она всегда была, и мне чертовски жаль, что именно я ее довел до такого состояния.

— Нет, — я ненавидел себя за это, но не мог поступить иначе.

— Нет? — вспыхнула она, — какого черта, Артур? Тебе не кажется, что ты заигрался в бога? Это мой сын!

— И куда ты с ним пойдешь? В свою халупу? Или к матери, которую больше всего заботит, выспится ли ее Сереженька? Сомневаюсь, что она обрадуется появлению дочери, да еще и с неожиданным приплодом.

— Справлюсь! — с вызовом ответила Вероника.

— Где ты возьмешь деньги, чтобы обеспечивать его всем необходимым?

— Найду!

— Кто за ним присмотрит, пока ты будешь работать? Дядя Коля? Маменька? — мне было противно от самого себя, но я продолжал ее добивать.

— Я что-нибудь придумаю, — в глазах застыла невыносимая мука.

Она прекрасно понимала, что не вытянет. У нее нет базы, нет прочной опоры под ногами. После аварии она сдалась, плыла по течению, махнув рукой на свою жизнь, и на одном гневе и упрямстве это моментально не исправишь. Нужно время. Силы.

— Мне не требуется твое разрешение, чтобы уйти и забрать сына.

— Вообще-то требуется. Я его законный опекун. По всем документам. И могу обеспечить ему достойную жизнь. А ты?

— Зачем ты это говоришь, Артур? Тебе нравится меня мучить? Издеваться надо мной? Втаптывать в грязь, лишний раз подчеркивая мою никчемность?

— Нет, Вероника. Конечно, нет. — шагнул к ней, но остановился, увидев, как она вскинулась.

— Я пойду в суд…

— …И я его выиграю. Ты это прекрасно знаешь, — невесело пожал плечами. Деньги всегда, все решают.

— Чего ты добиваешься? Я все равно найду выход.

— Находи. Я не тороплю, как только ты будешь готова…я тебя отпущу. Просто хочу, чтобы ты не спешила. Теперь просто так хлопать дверью и бежать, куда глядят глаза, ты не можешь. У тебя ребенок.

Услышав эту фразу, Вероника испуганно замерла, прислушалась будто пытаясь понять, а не показалось ли ей, не почудилось. Растерянно оглянулась в сторону двери.

— Тебе нельзя уходить. Только не сейчас, когда нарисовались какие-то подозрительные друзья Кирилла. Задай себе вопрос, сможешь ли ты обеспечить сыну безопасность? Защитишь ли его в случае чего? — Я пытался привести логические доводы, взывал к ее здравому смыслу, нарочно показывая, всю неприглядность ситуации, тем самым пытаясь удержать от необдуманных шагов, — стоит ли твоя обида его безопасности?

М-да, а моя обида, стоила ей ребенка.