Адептка в мужской Академии

Так как был пособником врага.

Дорнан не стал задерживаться. Исчезновение Горра, конечно же, заметят. И он расскажет все, как было, декану. Но уже после того, как у них с Оливером получится достать документ из мира отражения. А пока ему стоило вернуться назад и продолжить прерванное занятие.

Развернувшись, некромант отправился по тропинке, едва различимой среди сугробов. Шагая, под порывами ветра, слушая, как снег стучится в незримую защиту, он думал о мальчике, который спал в его покоях.

Этот адепт что-то сделал с ним. Перевернул в душе те чувства, которых там быть просто не должно. Но самое страшное, то, что он пытался прогнать, выдавить из себя, заключалось в том, что его влекло к этому мальчику. И при этом казалось, что все идет так, как надо. Что этот Оливер его судьба! Его вторая половина.

Жуткое осознание. Но ощущение правильности происходящего и этого безумного влечения, и интереса к особи одного пола, пугало Дорнана. Хотя он прежде считал себя не из пугливых. А здесь, какой-то мальчишка смог вывести его из равновесия. Состояния, к которому он шел годами, учитывая его магию."

"Слишком большой дар нес в себе не только пользу. И да, те, кто завидовал его способностям, понятия не имели, как тяжел подобный груз, и какими срывами порой грозит.

А он держал все в себе. И эту ярость, которую иногда выбрасывал из себя, позволяя ей выплеснуться, как чему-то лишнему, ненужному, рвавшему на части. Грозившему принести безумие в разум.

И да, ему была нужна Оливия. Потому что, даже при всей симпатии, которую он испытывал к Миллигану, для единения сил нужна женщина. А значит, ему придется уничтожить в себе зачатки того, что зародилось в сердце к этому, по сути, еще ребенку. И едва отыскав документы, стоит как можно скорее покинуть пределы Академии, отрезав от себя путь к отступлению и к соблазну.

А соблазн был велик. Велик настолько, что он едва не перешел грань вседозволенности. Едва не поцеловал мужчину. И он хотел мужчину, точнее, хотел именно определенного человека. В какие-то мгновения, Блеквуду было плевать на то, кто он и кто такой Оливер. Ему безумно хотелось преступить черту, позволить себе сорваться, позволить ощутить то, что в тайне мог только предвкушать…

Снег хрустел под сапогами. Дорнан поднял взгляд, заметив, как его встречает корпус, глядя тусклыми пятнами редкого света в окнах на верхнем этаже. В его покоях.

Прибавив шаг, он преодолел оставшееся расстояние за считанные минуты. Быстро вошел в холл, взлетел по лестнице, а уже в гостиной обнаружил Серафима, плававшего по комнате в ождании возвращения хозяина покоев.

— Господин!

Несмотря на то, что Блеквуд вошел бесшумно, дух его услышал. Повернул лицо, скрытое тьмой, поклонился.

— Все было тихо. Мальчик спит.

— Спасибо, — немного устало сказал некромант.