Аккорды кукол

Кхо-ха-ха-кха...

Она то ли закашлялась, то ли засмеялась, не поймешь. Одной рукой схватила занавеску, сорвав её с карниза.

- Ну все! Сливай воду - уходи в тайгу, - пробормотал Вовчик. Допилась до чертиков. В кровать её уложить, что ли? Или санитаров вызвать? Тронулась баба.

""А Герка-то, значит, приблудный!"" - с вожделенной ненавистью подумал он, помогая жене подняться из-за стола. Она все кашляла и смеялась, вцепившись теперь в скатерть, пока та не поползла на пол вместе с кухонной утварью. Хорошо, что Вовчик успел подхватить свободной рукой бутылку, как цирковой жонглер.

Что-что, а разбиться он ей не даст! Отведя Клавдию к кровати, он накрыл жену одеялом, сам сел рядом.

- Ну, будя, будя! - повторял он, прихлебывая из горла, пока женщина не уснула, тяжело и прерывисто дыша. А на кухне в это время сорванная занавеска уже занялась огнем, который начал лизать и линолеум.

2"

"Гера чуть отступил, не понимая, что нужно этому старику. Вернее, ему не хотелось верить, что и Филипп Матвеевич относится к тем, кто ищет запретные сладости. Хотя в школе порой ходили подобные слухи о директоре, но на кого там не вешают грязи? И ученики, и сами учителя, была бы мишень.

С извращенцами ему приходилось сталкиваться не впервой, с раннего детства. Но он умел давать им отпор. Взять того же Симеона. Пробовал нажать и навалиться, да Гера выскользнул. А теперь тот же Сима пылится на чердаке, облепленный мухами. Или отчим. Этому, после тюремных отсидок, вообще неважно, кто перед ним лежит: мужик или баба, было бы куда сунуть. Попадались и другие, даже в его компании. Дылда, например. Чего таить, был и у него случай. Прямо в школе, в пустом классе, год назад. Когда они с Дылдой завели туда отличника из параллельного. Он как раз к Гере был прикреплен, чтобы подтянуть по алгебре. Должен был подтянуть, а вышло самого натянули. Сначала Гера ножик около глаза держал, а Дылда пыхтел, пристроившись. Потом он и сам решил попробовать, ради интереса. Вдул этому образцовому отличнику с охотой и ненавистью. Чтобы не слишком задавался своими пятерками. Дылда - садист, ему мало удовольствие получить, он потом хотел ещё и указку вставить. Гера оттащил, а то бы кишки разворотил парню... А отличник этот потом в другую школу перевелся, от позора. Потому что Гера уж постарался, чтобы вся школа узнала - и мальчишки, и девчонки, вряд ли бы кто теперь с ним дружить стал... Вот и сейчас ему показалось: он понял, что на уме у Филиппа Матвеевича. Уж больно глаза блестят.

- Не бойся, - повторял директор, - не бегай от меня, я тебе не сделаю ничего плохого.

- А чего вам нужно-то? - Гера оказался зажатым в угол комнаты. - Мы можем и на расстоянии поговорить. Эй, осадите!

Но руки директора уже сомкнулись на его плечах, рывком притягивая.