Аккорды кукол

- Мертвее не бывает. Напрасно я его сюда привез. Каюсь. И выбрось из головы эти дурацкие мысли о каких-то там каплях! Хочешь, сам выпью, на твоих глазах? - Он вытащил из кармана пузырек и вытряхнул все его содержимое в стакан. Добавил воды, отпил, а остатки выплеснул в раковину.

- Прекрати, - устало сказала Карина. - Хватит ломать комедию. Это совсем другой пузырек, я помню. Но меня это уже не интересует

Колычев неожиданно засмеялся, глаза его блестели. Он снова подошел к ней, взяв за руку.

- Чтобы там ни было, но дело сделано, - произнес он. - Клеточкин умер, да здравствует Колычев.

То есть я хотел сказать другое. Картиной теперь придется заниматься мне.

- Зачем ты его убил?

- У меня не было выбора.

- Разве нельзя было поступить иначе?

Карине казалось, что все это происходит во сне, и он, этот человек с соломенными волосами, также выплыл откуда-то из её подсознания, из самых глубин. Но ведь именно так ей всегда и казалось, когда она лежала в его объятиях и возвращалась в прошлое. В этом сне появлялись и исчезали другие люди, не похожие на живых, созданные не из плоти, а какой-то ваты, глины, металла. Может быть, таким был и Клеточкин? И Влад, и все остальные, и она сама?"

"- Ты знаешь, я давно хотел это сделать.

- Голос Колычева прозвучал где-то рядом. Но сам он находился далеко, в конце коридора, а потом вновь направился к ней. - Еще когда я только начинал писать этот сценарий. Дело даже не в Николае. Хотя сейчас обстоятельства сложились именно так, что его смерть стала необходима. Надо было расчистить путь. И это подтолкнуло меня, а то бы я так никогда и не решился... Желание убить должно созреть, оформиться, как спелый плод, как жажда первой любви, томительное ожидание плоти. Ты ждешь этого и боишься. Мечтаешь во сне и распаляешь свое воображение, но его или её все нет, и ты не можешь пойти к первому встречному или убить этого первого встречного. Я говорю об одном и том же, потому что эти чувства похожи... Не знаю, что со мной происходит, но я думал об этом постоянно. О преступлении. О смертельном грехе. Наверное, во мне слишком живет мой прадед.

- Ты сходишь с ума, - сказала Карина.

- Даже по официальной статистике, в Москве уже больше семидесяти процентов потенциальных невротиков, - отмахнулся тот. - Город больных призраков.

Как он ещё держится, непонятно. Но это неважно. Скоро наступит конец. И ты... ты тоже помогла мне убить его. Ты дала ему выпить из этой чаши.

Колычев опять засмеялся, сначала тихо и медленно, а потом все громче, пока вдруг не застонал, схватившись пальцами за виски, словно от невыносимой боли у него стала раскалываться голова.

Глава пятнадцатая

1

Ему хотелось выяснить побольше об этих таинственных незнакомцах, приходивших к старику Караджанову, но Снежана больше ничего не знала. Женщину звали Селеной...