Аккорды кукол

Не буди лиха, пока оно тихо, поняла? Вчера ты заходила насчет Герки. Зачем?

- Дочку свою искала. Думала, они где-то вместе. А что? - Карина все больше терялась под его взглядом. Мужчина вызывал и отвращение, и страх, и жалость, и даже смех, - все вместе. Он не был ни безобидным, ни грозным каким-то никаким, способным, тем не менее, на все.

- Мне сказали, сейчас он в больнице. Пацаны во дворе вякнули. В окно прыгнул, между прочим, из-за твоей дочери. А может, она его и пихнула туда. Разумеешь? Малыш теперь калекой останется на всю жизнь.

- Этого не может быть! - опешила Карина.

- Че не может? - выкрикнул отчим.

- Да у него все руки-ноги переломаны! Зови дочь, пусть подтвердит. Зови-зови, барышня.

Карина не успела даже крикнуть дочери: та уже стояла возле двери. Выглядела спокойно, только побледнела.

- Это правда, мама, - негромко произнесла Галя. - Так получилось. Он прыгнул, но ничего не сломал.

- Из-за тебя?

- Я... пошутила.

- Ничего себе шутки! - сердито фыркнул отчим. - Да я могу в суд подать! Однозначно. Ясно?

- Иди к себе, - потребовала Карина. - Поговорим после.

Когда за Галей закрылась дверь, она повернулась к мужчине:

- Вашему Герасиму место в дурдоме, - отчетливо произнесла она.

- А по вам нары плачут.

- Чего-чего? - Он стал приподниматься со стула.

- Сколько вы хотите, чтобы покончить с этой историей?

Карина насмешливо наблюдала за тем, как в голове мужчины заработал счетчик.

- Костыли... лекарство, усиленное питание... - забормотал он, закатив глаза к потолку. - Короче, штука.

- Штука чего? - не сразу сообразила Карина.

- Да уж не деревянных. Тысячу баксов, - усмехнулся отчим.

Вновь раздался звонок в дверь. На этот раз, судя по всему, вернулся Владислав.

- Хорошо. Пусть это останется между нами, - поспешно согласилась Карина, хотя и не представляла, где возьмет столько денег.

Но сейчас ей хотелось, чтобы этот человек поскорее ушел.

- Можешь отдавать частями, - сказал отчим и нахально потрепал Карину по плечу.

Глава шестая

1

У Геры имелось ещё одно убежище, где можно было спокойно выспаться и где он хранил некоторые личные вещи, - на пустыре, возле замороженной новостройки, в укрытом фанерными щитами канализационном люке. Там проходили трубы теплоцентрали, было довольно сухо и вообще сносно. Гера приспособил для сна пару картонных ящиков, подушку и одеяло, держал запасы питья и консервы.

О логове своем никому не рассказывал. После разборки с ""живчиками"" ему не хотелось возвращаться ни в больницу (да его бы и не пустили ночью), ни домой (еще неизвестно, как поведет себя отчим), ни к Филиппу Матвеевичу, ни к Мадам - оба станут приставать, один с душещипательными беседами, другая потащит в койку. Какая ему от этого радость?..

Уже под утро Гера почувствовал, как наверху кто-то ходит, продавливая фанерные щиты. Затем крышка люка начала сдвигаться.