Аккорды кукол

- Не знаю почему, но мне кажется - сегодня какой-то необычный день. Я с утра это поняла. Все чудесно, легко, прекрасно. Так не бывает. По крайней мере, со мной. То начинают вдруг жать туфли, то кто-то пребольно толкнет в метро. Или не узнаешь себя в зеркале. У вас бывает так, что смотрите в зеркало, а видите чужое лицо? То есть оно ваше, но совсем-совсем незнакомое - другой взгляд, улыбка...

- Нет, не бывает, - сознался Драгуров. - Это плохо?

- Не знаю. Вы счастливый человек. И с вами очень просто. Может быть, потому что мы больше никогда не увидимся и нас ничто не связывает. Наверное, если бы вы были моим соседом или старшим братом, я бы так не разговаривала.

- Клянусь никогда в жизни не становиться ни тем ни другим, - всерьез пообещал Владислав.

- Нет, правда, чужой человек порою гораздо ближе, чем родственник. Даже чем отец, сын, муж или жена. Ведь в семье все запутано, скрыто... Вы не согласны?

- Когда постоянно лгут друг другу и это становится привычкой - да, жизнь превращается в лабиринт, из которого нет выхода, - ответил Драгуров. - Вы, наверно, не слишком счастливы, раз так думаете?

- Меня очень любили в детстве. Навязывали свою любовь, - поправилась она.

- А по существу были заняты сами собой. Только дед относился искренне... Я вам ещё не надоела?

- Что вы! - поспешно откликнулся Владислав, боясь теперь больше всего, что она вдруг очнется, станет холодно-вежливой и уйдет. О своей работе он уже позабыл и поймал себя на том, что ему приятно просто смотреть на неё и слушать. Ему не хотелось, чтобы она исчезла.

- Мои родители - болгары, и дед тоже, все они живут в России уже давно, - продолжала Снежана и вдруг запнулась, замолчала. Глаза чуть потемнели, и теперь она смотрела мимо Драгурова, сквозь него.

- Никак не могу привыкнуть к смерти отца.

- А вы не говорите об этом, - сказал Владислав, вспомнив, что старик, принесший металлического мальчика, упоминал о гибели зятя в автокатастрофе.

Чтобы отвлечь девушку, он разбудил спящего в коробке под столом котенка и вытащил его на свет божий. Котенок уставился на Снежану, раскрыв от удивления глазки и даже не мяукнув.

- Какая прелесть! - воскликнула она, беря котенка на руки и позабыв, кажется, сразу обо всем.

- Вы ему понравились. У вас с ним одинаковые глаза.

- Правда? Как его зовут?

- Никак.

- Надо придумать имя. Даже куклам дают имя. Хотя они этого не заслуживают.

- А у него уже есть. Никак.

Снежана рассмеялась, сообразив. Владиславу было радостно, что он сумел развеселить её. Всем стало хорошо, даже котенку. Может быть, сегодня действительно какой-то необычный день? Драгуров позабыл не только о работе, но и о доме, словно оторвавшись от земли и её тяготения. Но вопрос девушки вернул его обратно:

- Вы, должно быть, счастливы со своей семьей?"

"- Конечно, - промолвил он. - У меня отличная жена, дочь.