АН (цикл 11 книг) (СИ)

В тот самый ресторан сети, который располагался в десяти минутах ходьбы от Московского Кремля.

Меня проводили в зал, где за столиком уже с меню в руках сидел Дмитрий Александрович Годунов.

— Ваше сиятельство, — улыбнулся он, поднимаясь с места и бросив взгляд на настенные часы. — Вы невероятно пунктуальны.

— Положение обязывает, — вежливо улыбнулся я в ответ и пожал протянутую руку.

Я сел напротив первого Вице-канцлера, милая официантка в сарафане, подала мне меню, сообщив, что, кроме пельменей, в их заведении готовят вареники, блины и оладьи.

Сделав заказ, я отложил меню в сторону.

Мы уставились друг на друга.

Сидим, лицемерно улыбаемся.

— Признаюсь, я удивлён, что вы выбрали это место, — начал он.

— Отчего же?

— Честно признаться, не слышал, чтобы члены боярских родов тут трапезничали. Не говоря уже о княжеских семьях.

— Приятно открывать что-то новое, — добродушно ответил я. — А если кто-то узнает, что мы с вами тут сегодня завтракали, это сделает неплохую рекламу ресторану. Может статься, в будущем уже не получится так легко забронировать этот отдельный зал.

На самом деле я был искренен. Боярин Орликов, выигравший эту сеть в споре, вызывает у меня лишь положительные чувства. Так почему бы не помочь мужику по мелочи?

К тому же его род находится в подобие опалы у Годуновых. Я не был уверен, что Дмитрий Александрович согласится встретиться здесь.

Вошедшая официантка поставила на стол огромный чайник.

— Не ждите, милочка, мы сами нальём, как заварится, — благодушно сообщил ей Годунов.

Когда мы вновь остались вдвоём, Дмитрий Александрович завёл ни к чему не обязывающее обсуждение погоды в разных уголках нашей империи.

Полчаса мы беседовали ни о чём. Годунов обходил любые скользкие темы, как и подобает благовоспитанному аристократу.

Я даже похвалил его про себя. Думал, столь важная шишка привыкла сразу переходить к делам. И, я уверен, в большинстве случаев именно таким образом и строит свои беседы Дмитрий Годунов. Но сейчас он всем своим видом показывал, что наслаждается общением с князем Енисейским.

В общем, к цели нашей встречи первый Вице-канцлер перешёл, лишь когда мы оба вдоволь наелись.

— Знаете, ваше сиятельство, я бесконечно рад тому, как всё сложилось у вас с её высочеством… Хотя теперь стоит говорить с её сиятельством, — будто бы по-доброму улыбнулся Годунов. — То, что проклятие императорского рода не действует на неё и позволяет ей жить свободно. То, что вы познакомились… То, что вы её спасли, конечно же! Это впечатляет. Не иначе сами боги постарались, чтобы всё сложилось так замечательно. За что я им бесконечно благодарен.

— Я тоже, Дмитрий Александрович.