АН (цикл 11 книг) (СИ)

— Аскольд Игоревич, госпожа сейчас принимает гостей, — поклонившись, проговорила служанка. — Прошу вас пока остаться в комнате. Я сейчас принесу обед.

— Что-нибудь простенькое, пожалуйста, — попросил я. — Тяжёлую пищу сейчас не потяну.

Женщина понимающе кивнула и бесшумно скрылась.

Я же вновь направился в ванную. Здесь ванная комната была несколько меньше той, отдельной, в которой я лежал до этого.

Избавившись от бинтов, я погрузился в холодную воду и расслабился. Форкхово дерьмо, давно мне не было так плохо… Вот и в этом мире до меня добрались битвы, в которых приходиться излишне напрягаться.

В дверь постучали. Я попросил служанку занести еду прямо ко мне. Без тени смущения войдя в ванную, она достала из шкафчика специальный столик, и поставила его передо мной на борта ванны. Затем подала еду.

— Когда мне подойти к вам, чтобы помочь помыться? — спокойно спросила женщина.

— Спасибо, я сам. Ступайте, — ответил я.

Вновь пошёл процесс охлаждения тела, восстановления и, наконец-то, насыщения пищей. Желудок сводило от голода, но я знал, что если пошёл бы у него на поводу раньше, было бы только хуже.

После еды и мытья я вновь завалился спать.

С боярыней я увиделся лишь в девятом часу вечера. Она зашла проведать меня вместе с Никитой. Мальчик сразу бросился ко мне и крепко обнял. Я стоически выдержал его объятья, терпя боль.

— Ну-ну, Никита, у Аскольда же раны! — Катя подошла к сыну и, положив ему руку на плечо, легонько оттянула назад.

— Ой, прости! Прости! — зачастил мальчик.

— Ничего страшного, — улыбнулся я. — Как сам?

— А что я? — грустно ответил мальчик. — Я же не сражался. Это ты и ратники, а я…

— Не переживай, — я взлохматил его волосы.

— Эй! — возмутилась Катя. — Как-нибудь бы без этого обойтись!

— Ну-у… можно же и на турнирах сражаться? — нашёлся я. — В школе.

— Эх… мальчишки, — покачала головой боярыня."

"Какое-то время мы просто болтали на разные темы, а затем Катя сказала Никите, что ему пора готовиться ко сну. Мальчик тепло, но очень осторожно обнял меня на прощанье и пожелал спокойной ночи перед тем, как покинул мою комнату.

— Я велю снова обработать твои раны и принести поесть. Как уложу сына, мы сможем поговорить, — голосом, не терпящим возражений, произнесла боярыня на прощанье.

Через час мы с ней сидели в закрытой беседке во дворе — гостиная лежала в руинах, как и почти половина парадных помещений. Но особняк строили весьма добротно, так что несмотря на повреждения, можно было пользоваться другими комнатами. Правое крыло второго этажа и вовсе практически не пострадало. Там даже почти все окна остались целы.

Как и обещала Катя, она презентовала мне новый халат золотого цвета. Выглядел он даже красивее предыдущего.