АН (цикл 11 книг) (СИ)

Она вообще весь вечер может гордо стоять, не обращая ни на кого внимания. Правда, если она надолго застынет на одном месте, к ней может выстроиться целая очередь из аристократов, желающих примелькаться перед столь высокой особой.

Ух ты, а это ещё что?

Когда я повернул голову в другую сторону, заметил, как Катя с Юлей встретились глазами. Пусть слабо, но я ощутил нарастающее напряжение, будто перед боем двух Мастеров. Невидимая искра от их взглядов чуть не прожгла мне пиджак.

О… пропало… Стоят, улыбаются и беседуют о закусках.

Внезапно мелодичная музыка, мягко заливавшая всё окружающее пространство, стихла.

Гости стали оборачиваться к сцене, на которую медленно вышли несколько учителей, а также оба заместителя директора «Алой Мудрости».

— Давайте подойдём поближе, — предложила великая княгиня.

Том 2 Глава 18

— Дамы и господа! Приветствуем вас на традиционном осеннем балу в лицее «Алая Мудрость»! — торжественно проговорила в микрофон Шапочкина. — Для нас большая честь принимать гостей по столь замечательному поводу как начало всеимперского боевого турнира!

Раздались бурные аплодисменты. Громче всех хлопал обслуживающий персонал, видимо, специально, чтобы создать соответствующую атмосферу.

Когда аплодисменты стихли, Ирина Александровна ещё более торжественно объявила:

— С большой радостью передаю слово директору нашего лицея Андрею Михайловичу Оболенскому.

После этих слов зрители вновь разразились овациями. Шапочкина отошла в сторону, а с левого края сцены по лестнице уже поднимались две пары.

— Подумать только, директор приехал, — тихо проговорила Ромодановская.

Я разделял её удивление. Прошло полтора месяца с моего первого посещения «Алой Мудрости», а я впервые увижу великого князя Тверского.

А ведь я уже даже был в гостях в его московской усадьбе и пил чай с его супругой и дочерьми.

Я чувствовал некое напряжение. Что за человек этот Андрей Михайлович Оболенский? Тот, чьё предложение стать Слугой, я отверг. Тот, кто реформировал принадлежащую роду старшую школу, возведя во главу угла ум и тягу к знаниям, а не социальный статус и силу. Ведь именно с его подачи в «Алой Мудрости» были введены стипендии и подобие равенства.

И вот сейчас я видел его на сцене.

Это был высокий мужчина средних лет с густой светлой шевелюрой, бакенбардами, аккуратной бородой и усами. Коричневый классический костюм сидел на нём отлично. Направляясь к микрофону и глядя на зрителей, Оболенский добродушно улыбался. С ним под руку шла его супруга, которая привлекала внимание пышным золотым платьем и сложной причёской. Надежда Григорьевна сохраняла серьёзное выражение на лице. Но отчего-то мне казалось, что она бесконечно счастлива наконец-то побыть рядом со своим занятым мужем.