АН (цикл 11 книг) (СИ)

— Каждый боец индивидуален, однажды сразившись с ним, ты запомнишь его стиль, если боец оказался достаточно силен и не умер после пары ударов, — явно процитировала кого-то во время своего рассказа Катя.

В общем, связь Никонских с контрабандистами подтвердилась быстро, ну а потом верные дружинники Министра стали выуживать у обеих сторон всё связанное с нападением на бояр Морозовых.

Как я и предполагал, глава «Медведей» и его ближники раскололись на раз-два — стоило им только пяточки пощекотать. Ну а дальше уже подключили свидетельствования людей Морозовых, запись допроса и тела нападавших, которые служба безопасности рода сохранила с помощью неких алхимических зелий и кремов, на время практически останавливающих процесс разложения.

А по оглашенной официальной версии ратники Морозовых участвовали в спецоперации министерства путей сообщений. Документ на разовое сотрудничество Катя с представителем своего отца подписали ещё до начала вылазки, а после подтверждения нахождения в вагонах поезда контрабанды использовали его, чтобы объяснить присутствие на складе Марата и его подчинённых, а также их дальнейшие показания.

Имена подчинённых и их точное количество нигде не упоминались, стояла только фамилия Левашова, как ответственного лица. Поэтому по документам никаких выходов на меня и «Белок» найти невозможно.

Что же до самих Никонских — под личным надзором Министра путей и сообщений (то есть отца Кати), все собранные доказательства причастности Никонских к нападению на усадьбу Морозовы передали в Министерство Имперской безопасности. Теперь уже можно это сделать, улик собрали достаточно, и вероятность того, что дело замнут, крайне мала.

Вмешиваться в дела другого рода считается неприемлемым, поэтому без повода отец Кати не мог ей помочь. Но мы провернули всё по закону, дружинники министерства путей и сообщений нашли контрабандистов и «случайно» узнали о другом преступлении, совершённом теми же лицами. А затем, как и положено, передали всю доказательную базу надлежащему ведомству.

И теперь глава рода Никонских находится под стражей, а остальных членов его рода настоятельно попросили оставаться на территории московской усадьбы, для верности окружённой дружинниками-хранителями.

— Вряд ли дело сильно затянется, — резюмировала Катя, когда мы покончили с завтраком и приступили к чаепитию. — В общем-то, при таких исходных дружина хранителей быстро найдёт ещё доказательств. Хотя я уверена, они и сами уже что-то собрали, пока мы готовили свой план. Пусть я тогда и попросила не вмешиваться, сославшись на дела рода, запретить им проводить расследование, скажем так, «в стол», я не вправе. Это их работа.