АН (цикл 11 книг) (СИ)

Девица отвернулась и прошествовала дальше.

— Ты знаешь её? — изумлённо выпалила Маша.

— Нет. А ты?

— На её пиджаке герб рода Ромодановских!"

"— Ага, заметил, — ответил я и соотнёс вполне очевидные вещи: — Стало быть, пред нами великая княжна Казанская.

— Не иначе, — кивнула Маша. — Ты бы не пялился на знатных особ так открыто. Ты ведь… как и я?..

— Если ты о моём происхождении, то да — я простолюдин.

А между тем по коридору шествовал очередной кадр. Гордо выпятив грудь, парень с идеально уложенными русыми волосами надменно водил взглядом по сторонам, ни на ком особо не задерживаясь.

— Эй, чё встал посреди дороги! — рявкнул он в спину зеваке, так и не отлипшему от созерцания барельефа.

— Ой, простите, — добродушно улыбнулся зевака, обернувшись.

— Такие, как ты, должны жаться в сторонке и кланяться, — гневно выпалил модник.

— Простите? — явно не понимая, что происходит, переспросил зевака.

— Тупой, что ли? Тогда зачем припёрся сюда поступать, смерд?

— Вообще-то, я дворянин, — холодно проговорил зевака.

— Да ну? А по тебе и не скажешь! Мамаша, что ли, с водителем согрешила?

Хм, кое-кто уж слишком зарывается.

О! Зевака мощно вмазал по челюсти моднику! А тот попятился и сел на задницу.

— Ха-ха, мощно! — не удержался я. — Красавчик, парень! — поймав взгляд зеваки, я показал ему оттопыренный большой палец (память подсказала, что вроде бы тут так принято).

— Ах ты тварь! — модник медленно поднялся и попёр… На меня? — Ты, пёс! Как ты смеешь смеяться надо мной, отрепье! Я сгною тебя! Склонись!

— На территории этого лицея кланяться нужно только учителям и членам администрации. Ученики здесь равны, — усмехнувшись, ответил я.

Ну-да, ну-да, разумеется, я прочитал правила «Алой Мудрости», которые были вывешены на сайте.

— Ах ты, отрепье! Тогда я сам заставлю тебя скло…

— Прекратите!!! — громкий крик пронёсся по галерее. Из-за арки вылетел высокий крепкий мужчина в чёрной рубашке и брюках. В его ухе был микронаушник, от которого в карман брюк тянулся тонкий проводок.

— Что за слова я слышу? Боярин Хмельницкий, вас не устраивает устав нашего лицея? Может быть, тогда лучше не допускать вас до экзамена? До повторной сдачи экзамена, между прочим?

Парень сжал губы в нитку и отвёл взгляд. Похоже, мужик надавил на больное место.

— Прошу прощения, Александр Иванович, — выдавил через пару секунд боярин Хмельницкий, а затем подошёл к пареньку, от которого пять минут назад получил по лицу. — Приношу извинения за свои недостойные и оскорбительные слова, — поклонился он и, не дожидаясь ответа, прошествовал в арку. Правда, на полпути остановился и бросил на меня недобрый взгляд.

Э? Передо мной, значит, извиняться не нужно? Ну ладно, как-нибудь переживу.