Ананас на ёлке

Когда узнал про ребенка, отправил вас в санаторий, а сам освободил апартаменты и перебрался в другое место. Не в первый раз про такое слышу. Паспорт мужчины видели? Слышали, как он с кем-нибудь по-английски по телефону беседует? Знакомы с его приятелями? Получали дорогие подарки?» А у меня ответ на все вопросы: нет!

Светлана закрыла лицо ладонями.

– Ой, дура я! Вернулась в коммуналку, родила, устроила младенца в ясли, начала заниматься разовой работой. Сама не понимаю, как выжила. А потом увидела объявление: нужна уборщица. Обещали хорошую зарплату, рабочий день с десяти до пяти – райские условия. Я приехала по адресу, собеседование проводила владелица мастерской. Она со мной поговорила, взяла в штат. Месяц пролетел как один день. Выдали зарплату, не обманули, все до копеечки получила. Велели зайти к Анне. Очень испугалась, вдруг ей не понравилось, как я полы мою?

Света опустила руки.

– Наоборот получилось. Хозяйка меня похвалила, сделала предложение. Ей нужен в коллективе шпион. Он должен докладывать владелице мастерской все, о чем сотрудники болтают. Еще надо следить, может, вор имеется, левые заказы шьет. И нужно будет устраивать спектакли по заказу Анны. Я очень подхожу для этой роли. Если соглашусь, стану получать в бухгалтерии оклад по ведомости и конверт с такой же суммой из рук начальницы в ее кабинете, без свидетелей.

Киселева замолчала, я тоже не произнесла ни слова."

"– Согласилась! – почти выкрикнула посетительница. – А что делать? У меня же ребенок! Я же мать! Меня сделали ученицей. Вела себя так, как приказала хозяйка. Мастера долго не понимали, кто стучит на них, а потом сообразили, языки прикусили, меня возненавидели… За день до вашего прихода Анна приказала исхитриться и рассыпать содержимое шкатулки Галины. Она заподозрила, что та задерживается всегда вечером и приходит за час до начала рабочего дня, потому что втихушку налево сумки делает, есть у нее своя фурнитура. Мастер может кожу стырить, швейной машинкой попользоваться, ткань на подкладку спереть, но декора, который клиент захотел, в мастерской может не найтись, так что свой приносят. Я все на пол обрушила, а ничего лишнего не оказалось! Ошиблась Анна! Когда она сообщила мне при всех об увольнении, я решила, что это очередной спектакль, и расстаралась.

– В вас пропала актриса, – пробормотала я.

– Хотела ею стать, – вздохнула собеседница, – да не сложилось.

– Чем могу помочь? – осведомилась я.

Киселева мне уже перестала нравиться. Да и жалость моя к ней куда-то подевалась.

Светлана вздернула голову.