Аристократ для пышечки

Как он поведет себя? Будет выяснять? Кричать? Молчать? Как ей быть? Вроде бы уже и остыла почти. Но первой идти на примирение не хочется — всё же он мог вести себя по-другому там в магазине.

Поэтому она достала овощи и резала на салат. До тех пор, пока дело не дошло до лука. Она всегда любила хоть немного, но добавлять его в блюда. Из-за чего через несколько секунд начала хлюпать носом и плакать. Андрей внезапно появился рядом.

— Танюш, ты что? Девочка моя, что тебя расстроило, а? Я так старался! — он обнял ее со спины, утыкаясь носом в шею — волосы она всегда убирала во время готовки в пучок повыше.

Услышал ее всхлипы и прибежал мириться? Тане стало легко на душе. Наверное, он все же не виноват. Мог бы конечно как-то иначе, но он мужчина, видимо в голову не могло прийти, что ей обидно.

Она показала ему на лук — он обидчик, вызвавший слезы. Андрей прищурился. Так, лишь бы сам не обиделся.

— Понятно. — Убрал руки и сделал шаг назад. Сейчас сбежит, точно.

— Ты не мог бы подать мне сметану? — Замер и двинулся в сторону холодильника. — Там мясо прихвати. Думаю, отбивные будут кстати.

Достал, что просила, и поставил перед ней. Уходить не спешил — наблюдал. Подал ей молоток для отбивных. Таня быстро достала уже нарезанное мясо и со всей силы шарахнула молотком. Ей показалось или Андрей вздрогнул? Оказывается, следил за ней, присев на подоконник. Бабах! Второй, третий удар.

— Тебе помочь? — раздался голос.

— Нет, спасибо, я получаю от процесса величайшее наслаждение. — Голос даже ей показался кровожадным.

— Позволь спросить, кого ты представляешь сейчас на месте этого бедного куска бекона?

Таня задумалась. Кого? Его? Возможно. Скорее эту…

— Твою милую француженку. — Бабах!

— Кого-кого? Какую мою француженку? — он спрыгнул с подоконника и стремительно двинулся к ней. Схватил за запястье и убрал из рук молоток, от греха подальше. Повернул к себе и, нахмурившись, уставился в глаза. Она не смогла выдержать взгляд и прикрыла веки.

— Тань, ты издеваешься? Какая моя француженка? Я старался ей объяснить, что хотел бы самое лучше и красивое белье, которое смогло бы подчеркнуть твою красоту. А ты…

— Ты очень мило с ней ворковал по-французски! Я ничего не понимала! А ее глаза так призывно блестели!

Андрей глубоко вздохнул и медленно выпустил воздух из легких. Сдвинул со стола продукты в сторону. Подхватил ее за талию и усадил на столешницу.

— Танечка, девочка моя глупая. Это что ревность? Я-то никак не мог понять, что происходит.

— Я не ревную! — Кто она такая, чтобы ревновать? Любовница на две недели.

Его руки поползли вдоль ее обнаженных бедер, вызывая табун мурашек.

— Еще как ревнуешь, моя прелесть. — Она упрямо покачала головой. — Да. И мне почему-то нравится.