Архонт росский

— Ничего? Сам попробуй!

— Даже и пробовать не стану, — отмахнулся Хольмстейн. — Я слишком люблю выпить и покушать, чтобы вертеться акробатом. Кстати о еде. Знаю я одно местечко в пяти кварталах отсюда. Хорошее вино, хорошее мясо, сочные девки.

— А что так далеко? — удивился Дёрруд. — Я поближе видел.

Оба спутника декарха, тоже варанги из свеев, захихикали.

— Так это у нас, у синих, а там чужой квартал, — пояснил Хольмстейн. — Там собираются прасины. Зеленые.

— Зеленые? — не понял Дёрруд. — Это кто?

— Партия такая[1], — сказал подошедший Сергей. Слово «партия» он заменил словом общество, потому что в нурманском слова «партия» не было. — На гонках колесниц ставят на тех, кто в зеленом.

— Ага, — подтвердил Хольмстейн, ухмыляясь.

— А на кого ставите вы? — спросил Сергей.

— Мы же императорские. Мы за венетов, синих.

— Вы о чем? — спросил Рёрех.

— Хольмстейн выпить предлагает.

— Я готов! — немедленно отозвался Рёрех.

— Зеленые, говоришь? — Сергей заподозрил, что все не так просто. — И большая таверна?

— Нам хватит! — заверил Хольмстейн.

Потому внимательно оглядел Сергея и спросил:

— Не хочу тебя обидеть, Вартислейв-хёвдинг. Я знаю, что с оружием ты хорош. И вообще хорош, я ж не слепой, видел, как ты с копьем прыгал. Не хуже хольда из Скоген Лифер[2]. Но там, куда мы идем, там немного другое. Там с железом нельзя. А так-то ты… — Хольмстейн замялся, подбирая необидное слово.

— Невелик? — угадал Сергей. — Ну да, есть такое. Но это с годами пройдет. Я еще расту! — Он засмеялся.

— Не, нормальный у тебя рост, если по-ромейски прикинуть, — сказал Хольмстейн. — Только, если без железа, это по-другому биться надо. И тут лучше бы покрупнее быть. Чтобы хлоп! — Он треснул кулаком по ладони. — И лежит!

— Не сомневайся, — заверил Сергей. — Размер, конечно, имеет значение, но, поверь, я умею и без железа.

Не поверил. Оглянулся на Дёрруда.

Убийца весело скалился. Предвкушал.

«Говоришь, хлоп — и лежит, — подумал Сергей. — Ну как скажешь».

— Схвати меня, — предложил он варангу.

Хольмстейну дважды предлагать не потребовалось. Тут же выбросил лапу, вцепился в край шелковой рубахи, потянул к себе.

Сергей не сопротивлялся. Этак можно и рубашку порвать, что точно лишнее. Так что он сам скользнул к Хольмстейну, полуповоротом ушел немного в сторону и, оказавшись сбоку, ударил декарха пяткой под колено, в точку «крепления» мышцы.

Нога Хольмстейна повела себя ожидаемо: онемела и согнулась. Нурман, теряя равновесие, повис на рубахе Сергея, и наверняка порвал бы дорогой шелк, если бы Сергей не взялся за широченное запястье и не помог Хольмстейновой лапе встать в правильное положение. Рывок — пальцы разжались, и огромный нурман прилег на травку.

Впрочем, Сергей немедленно изменил хват и помог декарху встать на ноги.