Бархатная Принцесса

Как будто произнесла заклинание, которое открыло ящик Пандоры, и все мои страхи, демоны и грехи полезли наружу нескончаемым потоком. Это стихийное бедствие в душе, оно смывает все преграды и заслоны, которыми я до последнего так отчаянно пыталась от него прикрыться.

— Мне… тяжело дышать.

Ева подставляет плечо, помогает мне встать, но живот скручивать от боли, словно меня перетянули раскаленном до бела металлическим обручем. Колени дрожат - и кое как даю понять, что мне нужно в туалет. Ева говорит, что прямо сейчас звонит Олегу и мои попытки ее остановить ничего не дают – она еще большая упрямица, чем я.

Меня тошнит, выкручивает наизнанку, а в животе становится так горячо, что, как только утихает рвота, я растягиваюсь на полу. Из-за обследований у меня снова сбился цикл и месячные должны были начаться еще пару недель назад, но ведь теперь их не должно быть?

На белой ткани всего несколько темных пятен, но меня прошибает от затылка до самого копчика. Ева тарабанит в дверь, чтобы я открыла, но у меня нет сил даже поднять руку. Только спустя какое-то время я слышу голос Олега - и через минуту дверь просто вырывают из петель. Муж хватает меня на руки, целует мокрый от испарины лоб и говорит:

— Все будет хорошо, родная, все будет хорошо…"

"Мы приезжаем в больницу, меня тут же укладывают на каталки и уже немолодая, но стильная заведующая отделением, которую Олег называет «Татьяна Михайловна», чуть не силой отгоняет от меня мужа. Из случайных обрывков их фраз я узнаю, что именно к ней мы и должны были сегодня приехать, и в этом центре я должна буду наблюдаться весь период беременности. Или уже не буду?

— Пожалуйста, - я беру ее за руку, но с трудом могу сжать пальцы, - спасите ребенка. Я не смогу… еще раз.

Она просто сосредоточенно кивает и меня увозят в палату.

Снова берут кровь, проводят какие-то обследования, и все под чутким надзором Татьяны Михайловны. Я пытаюсь узнать, что со мной, но в конце концов просто отключаюсь после очередного укола.

Меня будит негромкий, но явно напряженный разговор. Олег и моя врач, они стоят за полуприкрытой дверью палаты, и я не могу разобрать ни слова.

— Я не всесильна, - слышу короткую фразу заведующей, и муж явно хочет что-то сказать ей в ответ, но замечает, что я за ними наблюдаю и тут же оказывается рядом.

Целует так нежно, что в душе щемит. Мне уже не больно, и в голове, наконец, перестало шуметь.

— Что с ребенком? – Это единственное, что сейчас важно.

— С ним все хорошо, - уверят Олег, улыбаясь. – Просто тебе придется поберечься, родная. И побыть здесь несколько дней.

Я устала от бесконечных врачей, от капельниц, уколов, от того, что все говорят хорошо, но становится только хуже.