Белое на голубом

- Нильда, - он смотрел ей в глаза, - Не мучь меня. Ответь.

Она покраснела и смешалась, стараясь отвести взгляд.

- Прости, я понял, - Голен отвернулся и отодвинулся в сторону, освобождая ей выход, - Прости. Я не стану больше тебе...

- Ничего ты не понял! - вскричала она, поворачивая его к себе, - Ты... ты...

- Я... - он решился взять ее за руку.

Она молчала, глядя в его глаза, но руки не отнимала. И выглядела сейчас совсем беззащитной. Парень почувствовал, как сердце выросло в его груди, оттого что понял: не безразличен он ей.

- Я... могу надеяться?

Нильда неловко кивнула. Голен вдруг притянул ее в объятия и усадил на колени.

Девушка, обычно такая бойкая, сначала даже растерялась и притихла. А он, воспользовавшись ее молчанием, шептал, легко прикасаясь к ее руке губами:

- Мы поженимся, как положено, в храме. Я бы очень хотел познакомить тебя с мамой. Увидишь, она очень добрая и хорошая. И ты ей обязательно понравишься...

Но тут она пришла в себя:

- Эй? Парень? Ты даже не ухаживал за мной! А уже хочешь жениться?

- Ага! А ты хочешь, чтобы я ухаживал?

- Конечно, хочу!

- Нет проблем, дорогая. Серенады тебя устроят? Цветы? Прогулки под луной? Стихи?

- Серенады? - она хихикнула, - Кошачьи концерты, ты хотел сказать?

- Но-но, полечге, милая! У меня замечательный голос.

Может, не такой красивый, как был у Эфрота, но зато очень громкий. И мое дивное пение может быть даже в городе будет слышно. Я подозреваю, здесь в фиордах должна быть прекрасная акустика.

Он тут же получил легкий шлепок по затылку и возмущенный вопль:

- Нечего говорить всякие ругательные слова! Какая еще акустика?

Но оба уже хохотали в голос. Вытирая слезы, выступившие от смеха, Голен спросил:

- Так это все-таки да?

Девчонка вырвалась, убежала и, встав подальше, выдала:

- Ты сам напросился! - и удрала.

А он откинулся в кресле и закрыл глаза, улыбаясь во весь рот.

Она хочет, чтобы он за ней ухаживал? Хитрюга! О, она получит такие ухаживания...!!!

***"

"Онхельме не спалось. С вечера она заснула, но проснулась среди ночи - и все. Ушел сон. Тогда колдунья решила не тратить времени даром, а пошла в кабинет Мелисандры и засела за книги. К рассвету у нее уже были готовы первые артефакты - накопители, кристаллы, заряженные силой. И еще она нашла в книгах несколько ритуалов, с помощью которых можно было, пользуясь жизненной силой других, пополнять свою силу или накопители.

Это, конечно, запретный ритуал, но кого и когда подобные запреты останавливали?

Очень довольная, она направилась к себе, собираясь с утра заняться зачисткой фиордов с берега, но у самого входа в покои царицу встретили трое членов Совета. По их похоронным физиономиям Онхельма поняла, что случилось что-то неприятное.

- В чем дело?

- Государыня, - пролепетал один из них, - Случилось страшное...

- Говорите! Нечего тянуть.

- Государыня...