Белое на голубом

А потом собственно начался ритуал.

Глава 51.

Колдунья отошла и занялась последними приготовлениями. Ириада видела, как она отодвинула мебель, освободив место вокруг нее, расстелила на полу карту, замкнула круг на полу, возилась довольно долго (круг вышел большой), как чертила знаки. Слышала стук чаши, позвякивание небольшого кинжала, шелест шелковой веревки. Ничего не оставалось, только молиться, чтобы Создатель дал силы это перенести.

Онхельма сознательно все делала медленно, этим можно деморализовать жертву и добиться признания, так сказать ""без жертв"".

Потому что... Потому что она еще не потеряла совершенно иррациональную надежду, что ей удастся заполучить ЕГО. А если мужчина когда-нибудь узнает, что она сделала с его матерью - он не простит. Никогда не простит.

Однако время вышло.

Она подошла к женщине, неподвижно сидящей в кресле. присела перед ней и сказала:

- Ириада, поверь, мне вовсе не хочется делать с тобой это. Сейчас у тебя будет возможность говорить, - тут она слегка усмехнулась, - Но не пытайся кричать, звать на помощь. Тебя никто не услышит.

И коснулась губ своей пленницы.

- Скажи мне, Ириада, где твой сын. Ты ведь знаешь. Если бы не знала, не стала бы так упираться.

Ириада мрачно улыбнулась и покачала головой:

- Ты так ничего и не поняла Онхельма. Я ничего тебе не скажу. Ничего. Делай что хочешь. Хоть режь меня на куски.

- Почему? Неужели ты не боишься умереть? - колдунье важно было это услышать, понять.

- Потому что я люблю своего сына. Но ты все равно смысла этих слов не знаешь. Делай, что задумала.

- Что ж. Ты сама выбрала.

Вообще-то, для ритуала достаточно было взять немного крови.

Из запястья, или из любого другого места. Но Ириада выбесила Онхельму.

Своим этим самодовольным замечанием. Да! Она не знает, что такое любовь. Но кто виноват в этом?! Кто?! Никто? Тем хуже.

Колдунья взяла чашу и кинжал и встала за спиной женщины, опустив руки по обе стороны кресла. Так она стояла примерно с минуту. Пусть помучается неизвестностью, пусть боится! Потом внезапно оттянула за волосы голову несчастной назад, полоснула кинжалом по горлу и подставила чашу под струю, брызнувшую из глубокой раны. Чаша быстро наполнилась яркой кровью, но Онхельма не убирала ее, кровь пузырилась, переливалась через край и текла на пол, ей на руки.

Онхельме было хорошо. Приятно, что эта женщина больше никогда не сможет ее оскорбить.

Потом она подошла к карте, вылила немного крови в центр и стала творить заклинание поиска по крови. Если где есть родная кровь, то она ее найдет. И чем ближе родство, тем больше крови к этому месту устремится. С последними словами заклинания карта словно вспыхнула, а кровь засветилась голубым и потекла.