Бесценная

Ткань была гладкой и приятной на ощупь, а туфли казались домашними тапочками после тяжелых тактических ботинок.

Единственно, что смутило Марину, это кружевной шарфик. Не зная, куда его приспособить, девушка просто повязала его на шею и вышла из каюты.

Посланцы амона моментально опустили глаза. Но ей показалось, будто она уловила страх, мелькнувший на дне их глаз.

– Что-то не так? – она машинально коснулась лица.

– Простите. Лучше бы вы надели асхан, – один из омранов кивнул на шарфик. – Только высокородные амани не прячут лица от чужих глаз.

– Хочешь сказать, я должна надеть это на голову? – девушка приподняла кружевные концы, спускавшиеся на грудь.

– На лицо.

– А если не надену? Это будет расценено как неуважение к вашим традициям?

– Это будет расценено как вызов.

– Замечательно. То, что нужно.

С гордо выпрямленной спиной она переступила порог каюты, больше похожей на гостиную какого-нибудь роскошного особняка.

– Прекрасно выглядишь, моя дорогая, – Ги Диз Раенг кивнул, встречая ее.

Хозяин «Эотанари» сидел во главе большого овального стола, удобно расположившись в глубоком кресле. Его голос звучал ровно и холодно:

– Надеюсь, ты успела проголодаться. Мой повар обещал превзойти себя, ведь не часто ему выпадает готовить изысканные блюда для столь милой… Как у вас говорят? Леди?

Никак не комментируя ее внешний вид, он указал на противоположный конец стола, где уже дожидались несколько блюд, накрытых серебряными куполами.

Как и в первую встречу, фигуру амона скрывал темно-лиловый плащ, а лицо – странная маска. Словно непроницаемый черный туман клубился вокруг головы мужчины, но Марина почувствовала на себе его взгляд. Острый, пронзительный взгляд хищника, заприметившего добычу. Ей даже казалось, что она чувствует, как его губы растягиваются в змеиную усмешку под этой маской, и он плотоядно облизывается.

– Свободны, – бросил он омранам.

И Марина вздрогнула, сбрасывая наваждение.

Стараясь не выдать свой страх, гордо продефилировала к свободному креслу. К ее удивлению, стол был накрыт на одну персону, а «гостеприимный» хозяин довольствовался тем, что крутил в руках тонконогий бокал.

Из-под крышек поднимался аппетитный парок, и пустой желудок сжался в болезненном спазме. Но девушка не торопилась приниматься за дегустацию. Вместо этого она с подозрением глянула на амона.

– Тебя что-то смущает? – усмехнулся тот.

Такая нарочитая фамильярность коробила, но Марина проглотила возмущение. Здесь, на вражеской территории, лучше держать себя под контролем.

– Вы не будете есть? – поинтересовалась обыденным тоном.

– Разве мой сын тебе не сказал?

– Что он должен был мне сказать?

Амон поставил бокал на стол и сложил пальцы домиком.