Безмолвный пациент
Жизнь Алисии Беренсон кажется идеальной. Известная художница вышла замуж за востребованного модного фотографа. Она живет в одном из самых привлекательных и дорогих районов Лондона, в роскошном доме с большими окнами, выходящими в парк. Однажды поздним вечером, когда ее муж Габриэль возвращается домой с очередной съемки, Алисия пять раз стреляет ему в лицо. И с тех пор не произносит ни слова.Отказ Алисии говорить или давать какие-либо объяснения будоражит общественное воображение. Тайна делает художницу знаменитой. И в то время как сама она находится на принудительном лечении, цена ее последней работы – автопортрета с единственной надписью по-гречески «АЛКЕСТА» – стремительно растет.Тео Фабер – криминальный психотерапевт. Он долго ждал возможности поработать с Алисией, заставить ее говорить. Но что скрывается за его одержимостью безумной мужеубийцей и к чему приведут все эти психологические эксперименты? Возможно, к истине, которая угрожает поглотить и его самого…
Такое состояние у Алисии было не в первый раз. Она много лет страдала от резких перепадов настроения. Эдакие качели: то вверх, то вниз. Классические симптомы пограничного расстройства личности.
– Оставь свой идиотский диагноз при себе. Я хочу слышать факты!
Кристиан метнул на меня обиженный взгляд, но спорить не решился.
– Что именно ты желаешь знать?
– Алисия призналась, что за ней следят, правильно?
– Следят? – непонимающе переспросил Кристиан.
– За ней кто-то следил. Разве она не рассказывала об этом?
Кристиан молча переваривал услышанное, а потом неожиданно расхохотался.
– Что смешного? – сухо спросил я.
– Извращенец, подглядывающий в окна? Надеюсь, ты не поверил в ее бредни?
– Думаешь, это фантазии?
– Естественно! Я даже в голову не стал брать, – отмахнулся Кристиан.
– Записи в дневнике весьма убедительны. И я ей верю.
– Конечно, убедительны. Я бы тоже попался, если б не знал, в чем дело. В тот период Алисия переживала очередной приступ психоза.
– Это ты так говоришь. Но дневник вел психически здоровый человек. Просто дико напуганный, – возразил я.
– Тут была предыстория. Точно такие же страхи преследовали ее и на прежнем месте жительства.
– Алисия когда-нибудь говорила с тобой об отце?
– Не то чтобы… Настаивала, что очень его любила и якобы у них были нормальные отношения, насколько это вообще возможно после самоубийства матери.
"– Видимо, не очень, в отличие от тебя, – отозвался я и тут же продолжил: – После смерти отца Алисия пыталась совершить самоубийство?
– Я бы так это не назвал…
– А как бы ты это назвал?
– Суицидальное поведение, – пояснил Кристиан. – Вряд ли Алисия всерьез намеревалась свести счеты с жизнью.
– Ему повезло, что ты так придерживаешься этики, – съязвил я.
– Тео, ты – сильный эмпат, и это делает тебя хорошим психотерапевтом.














