Безмолвный пациент
Жизнь Алисии Беренсон кажется идеальной. Известная художница вышла замуж за востребованного модного фотографа. Она живет в одном из самых привлекательных и дорогих районов Лондона, в роскошном доме с большими окнами, выходящими в парк. Однажды поздним вечером, когда ее муж Габриэль возвращается домой с очередной съемки, Алисия пять раз стреляет ему в лицо. И с тех пор не произносит ни слова.Отказ Алисии говорить или давать какие-либо объяснения будоражит общественное воображение. Тайна делает художницу знаменитой. И в то время как сама она находится на принудительном лечении, цена ее последней работы – автопортрета с единственной надписью по-гречески «АЛКЕСТА» – стремительно растет.Тео Фабер – криминальный психотерапевт. Он долго ждал возможности поработать с Алисией, заставить ее говорить. Но что скрывается за его одержимостью безумной мужеубийцей и к чему приведут все эти психологические эксперименты? Возможно, к истине, которая угрожает поглотить и его самого…
А именно – прямо ответить на несколько вопросов: будет ли этот человек честен со мной, адекватно ли воспримет критику, сумеет ли признать свои ошибки и не станет ли давать неисполнимые обещания?» Я пересказал эти мудрые слова Кэти, и мы поклялись никогда не врать друг другу, сохранять верность и искренность в отношениях.
– Что же случилось? – спросил я у Рут. – Что пошло не так?
Она ответила не сразу, но то, что я услышал, меня поразило.
– Думаю, ты и сам знаешь, в чем дело. Осталось только признаться себе в этом.
– Нет. – Я затряс головой. – Не знаю.
Я возмущенно замолчал, а потом вдруг перед глазами возник образ Кэти, строчащей все эти послания, такие страстные и запретные.
– Думаю, Кэти стало скучно, – заключил я.
– Почему ты так решил?
– Потому что она жаждет эмоций, драмы. Она всегда была такой. Некоторое время назад Кэти стала жаловаться, что мы больше не веселимся, что я вечно натянут, как струна, и слишком много работаю.
– Фейерверк?
– Да. Мол, раньше наши отношения были похожи на фейерверк, а теперь – нет.
– Ясно. – Рут кивнула. – Мы с тобой говорили об этом, ведь так?
– Про фейерверк?
– Про любовь. О том, как часто мы принимаем серьезное чувство за «фейерверк» – из-за разрушительных острых ощущений. Мы забываем, что настоящая любовь приносит покой и умиротворение. Человеку, живущему страстями, подобное затишье может показаться скучным. Любовь глубока, спокойна – и постоянна.
Я сидел, уставившись на коробочку с салфетками. Мне не нравилось, куда клонила Рут.
– Вообще-то ошибки совершали мы оба, – попытался возразить я. – Я тоже врал Кэти. Она не знает про марихуану.
– Один человек предает другого духовно и физически, а другой иногда балуется «травкой»… Это для тебя равноценно? Еще одно доказательство, насколько вы разные: тот, кто часто и ловко врет, способен предать партнера, не мучаясь угрызениями совести.
– Вы не знаете этого, – с чувством воскликнул я. – Может, Кэти сейчас на грани срыва!
Произнеся эти слова, я понял, что сам себе не верю. Не поверила и Рут.
– Вряд ли, – с печальной улыбкой проговорила она. – Подобное поведение выдает в Кэти неполноценную личность. Ей не хватает способности сопереживать, целостности и элементарной доброты – всего того, что с избытком даровано тебе.
– Но это не так, – сопротивлялся я.
– Так, Тео. – Рут помедлила, прежде чем продолжить.














