Безмолвный пациент

Хочу запомнить сегодняшний день навсегда. Каждую его секунду. Меня переполняет радость. И надежда.

14Мне не давали покоя слова Макса Беренсона о том, что Алисия после смерти отца пыталась покончить с собой. В ее бумагах об этом не упоминалось ни слова. Любопытно почему…

Следующим вечером я снова позвонил Максу, удачно поймав его на рабочем месте.

– Мне необходимо задать вам еще буквально два вопроса, если можно, – начал я.

– А я буквально выхожу из кабинета.

– Я не задержу вас.

Макс вздохнул и, прикрыв трубку, что-то проговорил Тане.

– У вас пять минут, и ни секундой больше, – предупредил он меня.

– Большое спасибо. Итак, вы говорили о попытке Алисии совершить самоубийство. В какую больницу она потом попала?

– Ее не повезли в больницу.

– Нет?

– Алисия восстанавливалась дома. За ней ухаживал мой брат.

– Но… ее наверняка осматривал врач? Вы упоминали, что она наглоталась таблеток.

– Естественно, Габриэль пригласил врача. И тот… согласился не предавать инцидент огласке.

– Не припомните, как его звали?

В трубке на несколько мгновений повисла тишина.

– Прошу прощения, я не могу сказать… Не помню.

– Наверное, Габриэль вызвал обычного терапевта?

– Нет. Терапевт у нас с ним общий. Брат особо просил меня не говорить об этом приглашенному врачу.

– Вы точно не помните его фамилию?

– Прошу прощения, нет. Это всё? Я должен идти.

– Последний вопрос! Я бы хотел уточнить условия завещания Габриэля.

– При чем тут его завещание? – неожиданно ощетинился Макс.

– Основной наследницей становилась Алисия?"

"– Вы интересуетесь довольно странными вещами.

– Я просто пытаюсь понять…

– Что именно? – раздраженно перебил Макс.

 – Основным наследником указан я. После смерти отца Алисия получила кучу денег, и Габриэль счел ее и так достаточно обеспеченной. А потому отписал свой особняк мне. Несомненно, брат и вообразить не мог, насколько после его гибели взлетит стоимость дома. Мы закончили?

– А завещание Алисии? Кого она указала наследником в случае своей смерти?

– А вот эта информация строго конфиденциальна. Очень надеюсь, что вы меня больше не потревожите, – отчеканил Макс и повесил трубку.

Однако интуиция подсказывала мне, что наш разговор еще не завершен.

И мне не пришлось ждать слишком долго.

* * *После обеда меня вызвал Диомидис. Войдя в кабинет, я увидел суровое, без тени улыбки лицо.

– Что с вами творится? – жестко проговорил профессор.

– Со мной? – непонимающе переспросил я.

– Не прикидывайтесь идиотом. Догадайтесь, кто мне звонил с утра? Макс Беренсон! Он сообщил, что вы дважды связывались с ним и задавали очень много вопросов личного характера.

– Я задал Беренсону несколько уточняющих вопросов об Алисии. По-моему, он не возражал.