Боярышня Дуняша (СИ)

Дуне было интересно, как изменилась жизнь Петра Яковлевича, но свои дела отнимали

много времени. Не то,чтобы лекарка Катерина взяла её в ученицы, но видя интерес боярышни, объясняла, что делает. А когда поняла, что девочка очень внимательно её слушает и многое

понимает, то стала рассказывать больше.

Дуня всё записывала и зарисовывала, надеясь позже систематизировать знания и

размножить. То, что знала Катерина, необходимо было сохранить! Лекарка была прекрасным

диагностом и умела лечить травами, но её знания о течении энергий и управлении ими

поднимало её над всеми знахарками.

В будущем эти знания распадутся на учения о йоге, ци-гун и прочее… Китайцы сохранят и

приумножат свои знания, а на Руси пробьётся сквозь века только траволечение. А ведь

Катерина даже с воспаленным аппендиксом справлялась и говорила, что этот отросток очень

полезная часть тела. Но учиться чувствовать чужую энергию нужно долго, а уж воздействовать"

"на неё — ещё дольше, и чуда ждать не стоит. Однако, насчет последнего Дуняша как раз

засомневалась, увидев спокойно спящего воина, когда Катерина вычищала его рану.

Ворота во двор Кошкиных вновь отворили и въехал возок. Дуня приподнялась, чтобы

посмотреть, кто приехал и с удивлением увидела выбежавшую лекарку. Она временно

поселилась здесь, чтобы ухаживать за многочисленными пациентами, а теперь принимала

новенького.

Дуня подбежала, чтобы посмотреть кого привезли и ахнула: на руках дворового Кошкиных

лежал худющий пацан и надсадно кашлял.

— В дом, скорее! — командовала Катерина. — Голову ему держите, а то задохнется!

Дуняша понеслась следом, но лекарка строго посмотрела на неё и обронила:

— К нему не подходи!

— Но…

— Когда можно будет, я скажу, — отрезала она и даже немного оттолкнула Дуню.

А она только сейчас сообразила, что это сын псковского боярина! Из-за всех событий забыла

о нём, а дед помнил и помог. Стало стыдно. Не получается у неё всё помнить и хорошо

соображать. Всё время сосредотачивается на деталях, а целое упускает. Но корить себя не

стала. Уж какая есть!

Огляделась. Все заняты были своими делами. А она вроде бы никому не нужна… И ворота

открыты! Дуня подошла и посмотрела на улицу. Грязь и слякоть.

Утром, когда ездили в церковь, её несли на руках, но ноги все равно успели промокнуть, так

что выходить со двора не хотелось. И все же Дуня повертела головой, вглядываясь в лица

прохожих, а потом вспомнила. Ведь её навещал Иван Иваныч, а потом за свой поступок был

наказан! А она в ответ ничего!

Ой!

Краска прилила к щекам, и Дуня рванула в сторону Кремля. Она козочкой скакала, выискивая места посуше, но вся изгваздалась, пока добежала до Кремля. Пришлось

остановиться и почистить хотя бы подол, но стало ещё грязнее.