Большие планы маэстрины

Дверь была закрыта, и даже внутренняя защелка задвинута.

Артур проследил за моим взглядом. Улыбнулся широко и открыто. Зажал мою голову руками и снова поцеловал. Но в этот раз мы разум не теряли. И хотя второй поцелуй был короче, но не менее головокружительный и страстный.

— Мари… — прошептал он, когда мы снова чуток отдышались. — После такого вы просто обязаны меня на себе женить.

— Зачем это? — хрипло спросила я и откашлялась.

— Потому что я не могу подавать плохой пример студентам и становиться любовником своей подчиненной. А не думать о том, как сильно хочу ее заполучить, я тоже не могу. И это очень мешает работать мне уже несколько месяцев.

— Но ведь мы не можем…

— Маша, еще пара минут, и мы с вами стали бы близки. И уверяю вас, я желаю этого. Очень.

Я кашлянула. Потому что его желание для меня секретом не было, оно очень так недвусмысленно упиралось в меня через все слои одежды.

— Вас не пугает, что я не совсем Мариэлла Монкар? И ее ребенок? И я настоящая выгляжу иначе.

— Я желаю вас, Мария. Не Мариэллу, а вас. Милая девочка Мариэлла, с которой жизнь так жестоко обошлась, мне была бы не нужна. А о вас я думаю днем и ночью, круглые сутки с той самой минуты, как очнулся в лазарете.

— Я не…

— Вы выйдете за меня замуж?

— Вам не позволят, — чуточку грустно улыбнулась я, имея в виду заморочки общества.

Мне уже удалось успокоиться и взять себя в руки. И конечно, мне было безумно приятно и волнующе слышать слова Артура. Но я понимала суровые реалии этого мира. И тут я — никто, девица с внебрачным ребенком и подмоченной репутацией. А он — представитель древнего аристократического рода, возглавляющий огромный университет.

— Уже позволили. Я известил свою семью, что встретил женщину, которую хочу назвать женой. И взял из семейной сокровищницы брачный браслет. Вы примете его? Станете моей невестой?

— Но… Вы им рассказали обо мне? И что же именно сообщили? Не думаю, что…

Вот интересно, боевые маги все такие конкретные ребята? Артур Гресс снова заткнул мне рот поцелуем. И мы опять так увлеклись, что когда в третий раз вынырнули из сладкого дурмана, то оказалось, что я опять лежу. Рубашка моя вновь расстегнута, вытащена из-под пояса юбки, и юбка почти задрана, а рука мужчины гладит меня по колену. И счастье, что на мне изящные чулки, а не местные шерстяные рейтузы. А то было бы неловко.

Ох, ну ничего себе, я голову потеряла! До меня дошло, как далеко все едва не зашло. Как бы нелепо это ни звучало.

— Артур! Нет!

Он замер, поднял голову, попытался сфокусироваться. И, кажется, он тоже не рассчитывал, что так увлечется.

— Маша, вы опасная женщина, — хохотнул он, уронив голову мне на грудь. Тут же поцеловал ее и сел.

И снова он сам застегнул мне рубашку, заправил ее в юбку. Помог привести одежду в порядок.