Большие планы маэстрины

Фигурально выражаясь. Просто, когда его пальцы уже почти соскользнули с моих, я шевельнула указательным и приостановила это медленное отступление."

"Так странно, словно я угодила в давнее земное прошлое. Когда приоткрытая женская щиколотка — это верх разврата, а прикосновение руками без перчаток — практически прилюдный секс. Еще не обещание, но знак сдержанной ответной симпатии.

Фух… У меня аж щеки жаром опалило.

Но как обычно, в самый пикантный момент обязательно кто-нибудь все обломает. И такими обломщиками стала группа студентов, заглянувших на сладкие запахи, чтобы согреться и полакомиться. Улицы Азкена всегда полны студентами, которые либо гуляют, либо спешат за покупками, а кто-то еще и подрабатывает в городе.

Мы с магистром сели ровнее, я отпила кофе, он отломил кусочек шоколадного пирожного ложечкой. Студенты нас сразу же увидели, шумно поприветствовали, раскланялись, зачем-то сообщили ректору, что у них все под контролем, они не прогуливают. Помахали Софи, которая принялась обрадованно подпрыгивать на месте. А потом пристроились на противоположном конце зала и принялись делать заказ.

— Мне кажется, Софи развивается слишком быстро для своего возраста… — задумчиво обронила я, глядя на девчушку.

— Она маг, так и должно быть. Вы не хотите поделиться со мной подробностями вчерашней встречи? Кто это был и что он вам сказал, раз вы так расстроились?

Я покрутила в пальцах чайную ложечку, а потом взяла да и рассказала все Артуру. Надо же хоть кому-то доверять, почему бы не ему. Раз уж он и так теперь знает, что я попаданка, и дочь не моя, и мужа никакого нет и не было у Мариэллы.

Я убедилась, что нас укрывает звукопоглощающий щит и ни словечка не просочится наружу, а потом поведала обо всем, что произошло с Мариэллой, и о том, что я узнала вчера о смерти насильника.

— Даже так? Неожиданный исход, — протянул Артур. Но совершенно не удивился ни моему рассказу, ни новости о смерти. Его внимание привлек лишь способ убийства. Хотя я ведь вчера это уже сказала, как и про отрезанные части тела. — И что же вы думаете обо всем этом? Свяжетесь с отцом Маркуса Нобля?

— Даже и не подумаю. Зачем он нам? Пусть живет спокойно, нам не нужен ни он сам, ни его титул, ни его деньги.

— Уверены? Он один из богатейших людей королевства.

— Пофиг, — отмахнулась я все той же чайной ложечкой. — Если он вырастил такого отморозка, как Маркус, его на пушечный выстрел нельзя подпускать к приличным людям.

— Он вправе настоять, вытребовать опеку. Если дело дойдет до королевского разбирательства, то судьи встанут на его сторону, Мари. Так уж устроен этот мир.

— Вот как? Ну что ж… — Я задумалась. — Значит, поборемся, если дело дойдет до этого. Но Софи я ему не отдам, это исключено. Мариэлла поручила ее мне, я ее и выращу.