Бухгалтер Его Величества

Когда за ними закрываются двери, а шаги затихают в длинном коридоре, я уже по-русски восклицаю:

– Андрей Романович, вы сошли с ума? Такое эффектное появление могло закончиться печально. Только представьте, что было бы, если бы кто-нибудь посторонний увидел, как вы возникли в кабинете графа? Вас, а заодно и месье Амбуаза, обвинили бы в колдовстве.

Он смотрит на меня с улыбкой. А потом раздаются несколько негромких хлопков ладонями.

– Браво, Елена Ивановна! Вижу, вы отлично справляетесь со своей ролью. Но ваш упрек вполне справедлив. Только у меня не было выбора. Мне было необходимо поговорить с вами. А как еще я мог это сделать? Но не беспокойтесь – кроме очаровательной графини, меня никто не увидит. Я удалюсь сразу же после нашего разговора. И обещаю больше не пугать вас подобным образом.

Он снова садится на диван, а я опускаюсь в кресло напротив. Странно, что моим первым чувством при его появлении была не радость (всё-таки за несколько месяцев это – первый человек из нашего мира!), а тревога.

– Вы научились говорить по-французски?

Он кивает:

– Занимался денно и нощно. Согласитесь, если бы я не смог объяснить хозяйке, кто я такой и зачем я здесь, она вызвала бы охрану и отправила меня в тюрьму. Но не будем отвлекаться.

– Я слушаю вас, Андрей Романович.

Но теперь он качает головой из стороны в сторону.

– Сначала я хотел бы послушать вас, Елена Ивановна. Мне хотелось бы знать всё – как вы устроились тут, как вас приняли при дворе, и каких успехов вы достигли. Должно быть, это незабываемые ощущения – оказаться в другой стране и в другом времени?

Я издаю нервный смешок.

– Или, сделай я вам такое предложение снова, вы отказались бы?

Сначала мне хочется сказать «да». Я отказалась бы. Потому что ничто на свете не компенсирует мне тех волнений, которые я перенесла, оказавшись тут. Я ненавижу этих напыщенных индюков, что заседают в государственном совете. И тех взяточников и казнокрадов, которые наживаются на простом народе. И это разделение людей на сословия. И много еще чего.

Но уже через секунду я понимаю, что на самом деле я снова согласилась бы отправиться в Тодорию. Потому что ни одно другое путешествие не могло бы оказаться столь же необычным и волшебным. А представить, что я не познакомилась бы с месье Амбуазом и Сюзанной, с малышкой Эмили, с Рейнаром и даже Аланом Дюбуа, было уже решительно невозможно.

И я рассказываю ему самое главное из того, что тут произошло – просто для того, чтобы он понял – я не зря получаю свою зарплату. И, кажется, он весьма впечатлен."

"– Вы проделали отличную работу! Я восхищен. Но я прибыл сюда, Елена Ивановна, – он, как и я, понижает голос, хотя я понимаю, что месье Амбуаз не позволит супруге подслушивать нашу беседу, – чтобы предупредить вас, что ваше задание немного изменилось.