Буря (СИ)

Движения были сильные, но Алкид знал, что делает, и тело Саханы отозвалось дрожью. Женщина застонала в голос, отдаваясь своим чувствам, а мужчина впился ей губами в шею, сначала целуя, а потом кусая ее. Доводя до той грани между удовольствием и болью, от которой мышцы сжимаются, и тело просит еще.

— Я хочу тебя немедленно, – Алкид был сильно возбужден, от чего его движения стали порывистыми и резкими. Сахана оказалась под ним на кровати.

— Я в твоей власти, – она выгнулась ему навстречу, пытаясь обнять связанными руками, но он перевернул ее на живот и залюбовался тем, как белье подчеркнуло форму ягодиц. Больше он ничего не ждал, его член ворвался в нее.

Алкид взял Сахану за волосы и потянул на себя, заставляя приподняться. Затем он перехватил ее за талию и помог выпрямиться, прижимая ее спину к своей груди. В этой позе он входил медленно и нежно. Тем бОльшим контрастом казалось то, что он грубо и сильно ласкал ей соски, заставляя вскрикивать, затем снова захватил волосы, наклонил голову так, чтобы был доступ к шее и укусил. Когда его рука легла на ее клитор, женщина была так возбуждена, что реагировала на движения его пальцев всем телом, максимально глубоко насаживаясь на его член и не пытаясь сдержать стоны страсти.

— Скажи, что ты моя, – шепнул он, обжигая тяжелым дыханием ухо.

— Я твоя, – отозвалась Сахана, извиваясь телом так, чтобы получить максимально глубокое проникновение.

— И всегда будешь моей, – шептал он."

"— Всегда, – голос женщины выдавал близость оргазма.

— Тебе нравится принадлежать мне, – продолжил он.

— Да, – выдохнула она, чувствуя первый спазм и сжимаясь от удовольствия. Ее тело расслаблялось и напрягалось само по себе, так что Алкиду пришлось перехватить вес женщины. Он ощущал ее напряженные мышцы и волны, проходящие по ее телу, и старался продлить это удовольствие немного дольше. После пережитого оргазма каждое его движение добавляло ей наслаждения. Сахана закрыла глаза и тихо стонала. Когда в ее стонах Алкид услышал свое имя, он больше не мог сдерживаться. С хриплым вскриком он вошел в нее максимально глубоко и испытал оргазм.

Алкид дернул за край шарфа и узел на руках его женщины развязался. Он обнял ее, укладывая рядом с собой.

— Сахана, любимая, – тихо сказал он, стараясь не выпустить ее из объятий, будто бы она могла раствориться в воздухе и унести с собой его счастье.

***

Норман вошел в подвал. Мороз к вечеру усилился и в камере было зябко. Пол стал совсем холодным. Элена спала на матрасе, завернувшись в кокон из одеял. Мужчина покачал головой – оставить ее здесь было бы бесчеловечно. Усмехнувшись, вспомнил Сахану и подумал, как она бы удивилась, если бы знала, то же, что и он. Они с братом похожи намного сильнее, чем она может себе представить.