Чародольский браслет

А безутешную тетку со всей ее семьей таки забрали к себе в Австралию Танины родители.

Звонок раздался ранним утром. Телефонный аппарат сухо задребезжал, норовя развалиться на части. Надо сказать, он был старинный, в черном с позолотой корпусе, с медным цифровым диском и забавной продолговатой трубкой.

Мама всегда звонила на домашний телефон – наверняка чтобы проверить, долго ли еще продержится этот старина аппарат.

У Татьяны вчера был день рождения. Честно говоря, она отметила его так себе: пришли совсем не те, кого видеть хотелось бы. Во-первых, лучшая подруга Руслана – директор модельного агентства, деловитая, энергичная и не в меру болтливая, – укатила со своими моделями в Киев на важный показ. Во-вторых, перед самым празднованием Татьяна разорвала отношения с Толиком. Парень считался ее женихом и открыто заявлял об этом каждому встречному, хотя девушка не раз говорила, что замуж не собирается. И вообще – хотела бы в этом году поступить в институт на отделение туристического бизнеса. И вот позавчера произошло неминуемое: подгадав момент, Толик ловко надел ей золотое кольцо на палец и тут же торжественно сообщил, что теперь у нее начнется новая жизнь – в тепле и уюте его родительского дома, без институтов и прочей ненужной чепухи. Услышав такое заявление, «невеста» одним энергичным взмахом скинула подарок и заявила, что никогда не любила всех этих колец-браслетов и постоянно носить не собирается. К сожалению, сразу же пришлось распрощаться и с несколькими общими друзьями, из чего Таня сделала вывод, что рвать опостылевшие отношения все-таки лучше после дня рождения – ведь с бывшей любовью уходит часть твоей жизни, часть людей, даже часть привычек и занятий, и уходит навсегда.

Вот почему сейчас у Татьяны на душе кошки скребли; да и больше спать хотелось, чем разговаривать, поэтому смысл сказанного мамой не сразу дошел до ее сознания."

"Оказывается, пока она вчера пила шампанское, в некоем Цямброне, в Карпатах, скончалась ее прабабушка, аккурат в сто и один год, и оставила в наследство ей, неизвестной правнучке, загадочное «нечто». Мама так и сообщила: нечто. Таня могла поспорить, что это какие-нибудь старые тряпки, траченные молью, в плесени и паутине. А может, книги или бумаги? Старинная Библия, альбом с фотографиями, набор фаянсовой посуды… или – девичий дневник?

Татьяна улыбнулась этой мысли: читать про молодые страсти столетней бабки? А что, интересно… Кто знает, как резвились юные девицы в начале ХХ века? И все-таки в какое-то неизвестное село ехать не хотелось. Она ведь даже не видела никогда свою дальнюю родственницу… Так что не надо ей чужого наследства. Но мать, звонившая раз в полгода, а тут вдруг второй раз за сутки, была настойчива как никогда – даже о себе ничего не рассказывала.