Черно-белая жизнь

А на следующий день потрясенная Леля притащила к ним полную сумку. Там были и колбаса, и сыр, и кусок мяса, и даже жестяная баночка с красной икрой.

Галочкина мать рассеянно повертела ее в руках и покачала головой:"

"– Нет, Леля! Все это ты отнесешь домой! А мы… мы будем жить как жили! Ты уж прости, я понимаю, ты от всего сердца! Но у всех своя жизнь и своя судьба.

Леля видела, какими глазами ее подруга провожает и ту самую зеленую баночку икры, и палку сыровяленой колбасы, и коробку шоколадных конфет. Но Галочка не сказала ни слова. Просто громко сглотнула слюну.

С тех пор Леля часто приглашала Галочку «перекусить». Не пообедать, обедов у них никогда не было, именно перекусить чем-то вкусненьким: бутербродами с копченой колбасой, ветчиной или соленой рыбой.

Так и держалась их дружба – на Галочкиной верности и восхищении и на Лелиной жалости. А еще на общих школьных проблемах. Галочка училась неважно, но Леля подруге всегда давала списать. Продружили они до окончания школы. Леля помнила, как Галочка отказывалась пойти на выпускной – стеснялась своего скромного платьишка, но матери сказать об этом постеснялась.

Приодела ее Леля, откинув с барского плеча новый роскошный костюм из серого шелка – естественно, подарок щедрого деда.

После школы их пути разошлись. Галочка пошла в медучилище, по стопам матери. А Леля в свой пищевой. У нее появились институтские приятели, новая компания – вполне понятно. Виделись они с Галочкой редко – пару раз в год. А вскоре Леля собралась замуж и позвонила подруге, чтобы пригласить ее на свадьбу. И вот тогда Галочка ее огорошила.

– А мы уезжаем! – заявила она.

 – Эмигрируем с мамой в Германию! Знаешь, что стало последней каплей? – спросила Галочка. – Мама ходила делать уколы частным образом. Пришла тетенька и слезно умоляла сделать курс уколов ее мужу. Мама, конечно, согласилась – подработка всегда не лишняя, всегда копеечка. Ну и ходила десять дней к этому дядьке. Как понимаешь, в любую погоду. А в последний день эта баба ей протянула коробку зефира. Мама растерялась: а наша договоренность? А эта хамка ей в лицо рассмеялась: какая договоренность? Вы о чем? Вы же за зарплату работаете, а не за просто так?

Понимала ведь, что жаловаться мама не пойдет – себе дороже.

А самое главное, что семейка эта мерзкая не из бедных. Бедные, кстати, всегда отблагодарят, кто чем сможет.

Муж у этой бабы – директор магазина. А она сама – завстоловой. Мама говорит, в квартире у них богатства неимоверные! Такие вот сволочи… Она так плакала от обиды и унижения! А потом сказала: «Точка! Больше я здесь не могу с этими торгашами жить».

Леля вздрогнула. Ее обожаемый дед Семен тоже был из торгашей.