Черно-белая жизнь

Он был у меня, разумеется, первым. Но, увы, не последним…

Он открывал мне таинственный, сложный и простой, удивительный мир. Мне, наивной дурехе. И я тонула в этой нежности, захлебываясь от любви.

Все это было огромным счастьем. И это я хорошо понимала. Уже тогда понимала.

А где-то через год я забеременела. Испугалась, конечно. А он – нет. Совершенно! Смеялся и говорил: хорошо, что все разрешилось так быстро! Мы поженимся и будем так же оглушительно счастливы – даже еще больше, чем прежде. Ведь нам не придется уже расставаться!

Я верила его словам и все же… Я страдала. Почему, отчего? Не понимала. Ведь все у нас было прекрасно! Может быть, это было предчувствие?

Мы подали заявление, но пока не объявляли о свадьбе. Хотели сделать сюрприз. Он говорил, что свадьбу надо сыграть. Обязательно! С белым платьем, фатой, гостями и вкусным столом. Потому что «свадьба нужна любой девице» – он так говорил. Я отказывалась, убеждала его в обратном. Но он стоял на своем. Мы присматривали свадебное платье. Обсуждали меню. Составляли список гостей.

Я чувствовала себя прекрасно и почти успокоилась. Только сетовала: «Где мы возьмем деньги на свадьбу?» На эту чертову несостоявшуюся свадьбу, погубившую нашу судьбу.

Через полтора месяца его арестовали. За продажу валюты. Статья в то время была страшная, расстрельная. Слава богу, сумма была небольшой…

Он просто решил заработать. Заработать быстро, чтобы состоялась наша свадьба. Для меня состоялась. Для моих родителей и подруг.

Для нашей родни.

«Чтобы все видели, какая ты красавица в белом платье!» – говорил он.

Он сидел в Лефортове и ждал суда. Его мать отказалась искать адвоката и носить передачи – сын-то преступник!

Она вообще от него отказалась.

Я попыталась… Но денег у меня не было. И занять не у кого – все от меня отвернулись. Мать поняла, что я в положении: меня стало рвать каждый день. Я лежала и плакала. Мать ничего не обсуждала, просто однажды села на мою кровать и тихо сказала: «Делай аборт. Мы не справимся».

Этого делать я не собиралась. Ни за что и никогда!

А жили мы действительно трудно. Комната в коммуналке, одна на троих: мать, отчим и я.

Отчим много болел и почти не работал. «И как? – спрашивала мать. – Как ты себе это все представляешь?»

Представляла я слабо. Все ее слова были абсолютно справедливы.

И что мне было делать? Идти к его матери, которая отказалась от сына? Наверняка она не поможет. Идти было некуда, воспитывать ребенка – не на что.

«Тогда выходи замуж! Найди себе мужа, – бросила как-то мать. – И уходи из дома. Расхлебывай сама, что натворила!»

У меня появился выбор: аборт или замуж.

Я выбрала второе. Без раздумий выбрала. Но надо было еще найти жениха…

И тут подвернулся жених. Мы познакомились у маминой подруги – вернее, она познакомила нас.