Чудище, или Одна сплошная рыжая беда

Ярко освещенная фигура Неаполь, застывшей возле аквариума, явно вызывала у кого-то ассоциации с родимой смертушкой, когда-то вступившей в неравный брак с родными марсианами. А тут еще мимо меня протиснулся кто-то шустрый с голым пузом, раскрашенным фломастерами, оглядел звезду всея универа с ног до головы и скептично вопросил:

— Ты точно плинц?

Не знаю, как остальные, а я едва не закатилась!

— Допустим, — усмехнулся Демьян, насмешливо разглядывая мелкого и иногда бросая взгляды на меня. С намеком, видимо. А я с напряжением ожидала, что же Стасик выдаст дальше… и была ничуть не разочарована!

— Не плинц, — покачал головой ребенок и задумчиво прищурился. — На коника похоз…

Вот в этот раз от хохота скончались все!

— Пожалуй, я потом зайду, — хмыкнул Исаев, пытаясь сделать вид, что слова какого-то чада беззубого его ну вот ни капли не задели. Ну-ну, а то мы тут все ничего не поняли!

Подхватив Стаську, Неаполь утащила его купаться, Богдан, пожав плечами, посмеиваясь, вернулся на кухню, я пока осталась тут.

Что конкретно это было, никто, разумеется, не понял. Но всем было весело уж точно!

Пожав плечами, я закрыла дверь за удалившимся шатеном и, не выдержав, уткнулась лбом в стенку, тихо постанывая.

— Это дурдом, — кое-как придя в себя, покачала я головой. И, вспомнив вчерашний день и вечер, уверенно поправилась. — Не. Дурдом-2, судя по всему!

И пошла на работу собираться.

Глава 7

«И гладкий шелк твоих волос. Касаться плеч твоих могучих, сильна та грудь, рубашкой скрыта. Могучий пресс, а то, что ниже…»

Собственно, на этом месте моя бурная фантазия безбожно спасовала и, что там было ниже, я дочитывать уже не стала. Вот честное нечистое, как бы вдохновенно не описывали содержимое штанов моего собственного, единственного и неповторимого начальства в лице Ильи Алексеевича Добрынина, читать об этом лично мне не хотелось от слова совершенно! И без того, глядя на этот псевдо поэтический шедевр, мой бедный глаз уже вполне натурально дергался.

Не, тайные поклонницы, это, конечно, хорошо. Даже льстить должно… Харлею! А мне впору начинать гордиться за драгоценного во всех смыслах шефа — вон как красиво рыжего пинекантропа-то описали, и ведьпочти не промахнулись! И оригинальное послание, что тут ни говори.

Но, на кой сей «шЫдевр»-то было присылать на почтовый ящик клуба, да еще с пометкой «срочно», я вот в упор не поняла!

М-да. Иногда вот так посмотришь вокруг и думаешь, а с каких пор в психических лечебницах день открытых дверей устроили? Да еще во всех и сразу?

Не удержавшись, мое неуемное любопытство все-таки дочитало до конца нетривиальное любовное послание тала-а-а-антливого анонима к брутальному Харлеюшке. Не поняла. Прочла еще раз.

Открыла рот.